Читаем Сакалиба полностью

боевых действиях; единственное упоминание о нем приведено выше. Эти факты

подсказывают следующее видение роли сакалиба: они составляли свиту халифа и все

время находились рядом с ним. Халиф же мог дать отдельным спутш-саклаби какие-то

поручения или сформировать из них особый отряд, опять-таки для выполнения

специальных задач. В военном отношении сакалиба, таким образом, можно

охарактеризовать как вооруженную свиту; мы вернемся к этому вопросу при рассказе о

сакалиба в Египте.

По словам И.Грбека, борьба с Абу Йазидом стала для сакалиба <лучшей военной школой и

испытанием их верности и деловых качеств> [491, с. 554]. Испытание они прошли

довольно успешно. Ни один слуга-гак-лаби, как можно судить на основании данных

источников, не изменил Фатимидам; кроме того, сакалиба доказали, что им можно

доверять и довольно сложные задания, например, командование войсками. Именно этим, очевидно, объясняется присутствие сакалиба в дальнейшем при фатимидском дворе, где

они продолжали занимать важные должности.

Среди сакалиба, служивших Фатимидам в описываемый период, следует указать, прежде

всего, на человека по имени Джаузар. Изучение истории сакалиба, да и вообще слуг в

Фатимидском государстве, немыслимо без обращения к его биографии. Джаузар начал

служить

Фатимидам сразу после вступления 'УбаЙдуллаха ал-Махди в Раккаду, и его долгая

карьера придворного оборвалась только в 973 г., когда он умер, направляясь вместе с

халифом ал-Му'иззом (952-975) в Каир. С именем Джаузара, таким образом, связан весь

тунисский период истории Фатимидского государства. К тому же мы очень хорошо

осведомлены о карьере этого человека - главным образом благодаря его писцу и протеже

Абу 'Али Мансуру ал-'Азизи, составившему его жизнеописание27. Тем самым мы можем

судить о Джаузаре не по отдельным эпизодам, а по довольно полному и связному рассказу

современника, к тому же знавшего его лично.

О том, что Джаузар принадлежал к сакалиба, мы узнаем от него самого. В 973 г., когда ал-

Му'изз во время переезда в Каир посетил уже смертельно больного Джаузара, тот, по

сообщению присутствовавшего при этом Мансура, сказал: <Клянусь Аллахом, ваш раб

('абд) недостоин по своему положению того, что вы для него сделали, ибо я - лишь ръб-

саклаби, инородец ('абд саклаби а 'джами), и нет у меня иной добродетели, кроме того, что

я раб ваш, повинующийся вашему праведному руководству> [290, с. 144]. В другом

фрагменте, относящемся к более раннему времени, Мансур пересказывает содержание

записки Джаузара к ал-Му'иззу: <И он (Джаузар. - ДМ.) говорит, что он - саклаби, инородец, не имеющий ни родственников, ни детей> [290, с. 131]. Саклаби именует

Джаузара и ал-Макризи [158, с. 303].

Карьера Джаузара при фатимидском дворе началась сразу после вступления 'УбаЙдуллаха

ал-Махди в Раккаду28. Мы уже видели, что бывшие слуги Аглабидов были тогда

приведены к ал-Махди, и он определил их на службу. Среди этих слуг был и юный

Джаузар. Согласно записанному Мансуром рассказу Джаузара, его направили служить в

казну [290, с. 35], причем уже тогда считалось, что его ожидает блестящая карьера [290, с.

46]. Действительно, Джаузар начал быстро продвигаться по службе уже в правление ал-

Махди.

Восхождение Джаузара началось со следующего эпизода. Как упоминалось выше,

однажды ал-Махди направил какого-то спугу-саклаби уладить споры о земельных

участках между берберами-кутама. Вернувшись, слуга рассчитывал получить денежное

вознаграждение, но халиф лишь благословил его. Выйдя от халифа, слуга казался столь

разочарованным, что Джаузар не преминул спросить его, в чем дело. Слуга ответил, что

получил благословение халифа, но предпочел бы этому десять динаров. Джаузар тотчас

предложил ему продать это благословение за двадцать динаров. Слуга согласился [290, с.

37-39].

Расчет Джаузара оказался верен. В Фатимидском государстве людей, признававших его

правителей истинными имамами, способными давать благословение, ценили намного

больше остальных. Демонстрация преданности со стороны Джаузара не осталась

незамеченной. Узнав о том, что произошло, халиф наградил его сотней динаров и дорогой

одеждой, но еще важнее было то, что Джаузара заметили. <С того времени, - рассказывает

Мансур, - его (Джаузара. -Д.М.) дела шли все лучше, а положение при дворе становилось

все выше> [290, с. 39]. Джаузар начал быстро подниматься над другими дворцовыми

слугами. Первое важное поручение он получил в 910 г., когда управлял дворцом во время

одного похода будущего халифа ал-Ка'има [290, с. 39]29. Через несколько лет, в 314 г.х. (19

марта 926 - 7 марта 927 г.), когда упомянутый выше Насим был смещен с поста

наместника Кайруана, держать его под стражей было поручено Джаузару [105, т. 1, с. 191].

В правление ал-Ка'има (934-945) начался новый этап в карьере Джаузара, который был

назначен главным казначеем, заведующим складами тканей и одежды и, что особенно

важно, посредником между халифом и его приближенными - сафиром [290, с. 39]м.

Должность сафира, как указывает Ф.Дашрауи, была исключительно важной. Сафир был

ближайшим помощником халифа, и в этом смысле его положение напоминало положение