Читаем Сага об угре полностью

Во время одной экспедиции, совершенной вместе с морским биологом Гейл Виппельхаузер, Мак-Клив попробовал привлечь угрей из глубин весьма изощренным способом. Заранее поймали сто взрослых самок американского угря и ввели им гормоны, чтобы сделать их половозрелыми. Ученые планировали взять этих самок с собой в экспедицию, чтобы посадить их в клетки, прикрепленные к буйкам, и поместить эти клетки во фронтальном регионе в Саргассовом море. Предполагалось, что самки будут приманкой и привлекут самцов, которые самостоятельно приплыли туда на нерест, — и таким образом удастся заставить их показаться из темноты.

Однако угри сотрудничали весьма неохотно. Ученые держали половозрелых самок в лаборатории и собирались отвезти их в Майами перед отплытием, однако большинство угрей просто-напросто умерли еще до того, как корабль отошел от причала. Когда экспедиция прибыла в Саргассово море, в живых оставалось лишь пять самок из ста.

Как бы то ни было, пять самок были помещены в клетки, а клетки прикреплены к буйкам, и Мак-Клив с Виппельхаузер по очереди днем и ночью следили за движением буйков при помощи радара. Все же каким-то непостижимым образом они потеряли буйки из виду. Угри, клетки и буйки — все пропало, и больше их никто никогда не видел.

Во время другой экспедиции, которую Гейл Виппельхаузер предприняла без Мак-Клива, удалось при помощи акустических приборов уловить эхо от того, что предположительно представляло собой большое скопление нерестившихся на глубине угрей, и, поставив на карту все, ученые опустили в воду шесть различных сетей. Однако угря так никто из них и не увидел.

Еще одно странное обстоятельство — не только живых угрей так и не удалось поймать в Саргассовом море. Мертвых там тоже никто не видел — ни останков, ни тех, кто попал бы в пищу крупным хищникам. Случалось выловить меченосов и акул, у которых в желудке находили серебристых угрей, но все это происходило далеко от Саргассова моря. У Азорских островов однажды поймали кашалота, в чьем желудке нашли съеденного им серебристого угря, шедшего на нерест, но и Азорские острова расположены отнюдь не рядом с Саргассовым морем. На своем нерестилище угорь, как живой, так и мертвый, пока успешно скрывается от людских глаз.

Естественно, существуют разные взгляды на то, насколько важно найти угря в Саргассовом море. Некоторые ученые считают, что это не принципиально: мы и так знаем, что угри идут на нерест туда. Другие говорят, что знания человека о жизненном цикле угря всегда будут незавершенными, пока никто не наблюдал угря на нерестилище. Для этих ученых ускользающий угорь — нечто вроде священного Грааля естественных наук.

В последние десятилетия некоторые ученые, в том числе Джеймс Мак-Клив, начали поднимать другой неудобный вопрос: поскольку мы не можем отследить путь всех угрей к истокам, строго говоря, ни одного из них, — как мы можем вообще быть уверены, что угорь размножается только в Саргассовом море? Правда, Йоханнесу Шмидту понадобилось почти двадцать лет, чтобы найти самые мелкие «ивовые листочки» именно там, однако он обследовал лишь ничтожную часть Мирового океана. Шмидт и сам писал в 1922 году, что пока на предмет личинок угря не обследован весь Мировой океан, невозможно с уверенностью сказать, где угорь нерестится, — по крайней мере, где нерестятся все угри. А до сих пор практически все экспедиции, занимающиеся угрем, сосредоточивались на уже известных областях в Саргассовом море. А вдруг часть угрей отправляется в иное место? Скорее всего, это не так, но откуда мы знаем?

Кроме того, Саргассово море само по себе большое. Является ли оно единым нерестилищем или в его пределах располагается несколько нерестилищ? Нерестятся ли европейские и американские угри в одном месте или же в разных? Ряд ученых — среди них Фридрих-Вильгельм Теш — считают, что американский угорь нерестится в западной части Саргассова моря, а европейский держится восточнее, хотя эти зоны пересекаются. Другие считают, что на основании находок лептоцефалов различных видов таких выводов сделать нельзя. Единственное, что нам известно, — что прозрачные «ивовые листочки» покидают Саргассово море, европейские и американские вперемешку, и беспомощно плывут с мощным океанским течением, в то время как их родители, судя по всему, остаются на месте, умирают и разлагаются.

И по сей день все ведущие зоологи и морские биологи, лучше всех разбирающиеся в угрях, вынуждены делать оговорки. «Мы полагаем…» — пишут они. «Данные указывают…», «Можно предположить, что…». Терпеливо исключая наименее вероятное, наука медленно продвигается в сторону вероятного, которое, в свою очередь, все ближе к истине.

Например, можно предположить, что факты, касающиеся японского угря — ближайшего родственника нашего, — касаются и европейского угря тоже. А когда речь заходит о японском угре, некоторые классические компоненты вопроса об угре менее загадочны.