Читаем Сага об угре полностью

Пойманного угря, который был невелик, Самуэль Нильссон выпустил в колодец на хуторе Брантевик в юго-восточной части провинции Сконе. Поверх колодца была положена тяжелая каменная плита.

Там и жил наш угорь в темноте и одиночестве, питаясь червяками и насекомыми, иногда падавшими в воду, отрезанный от мира и лишенный не только моря, неба и звезд, но и самого смысла жизни: путешествия домой, назад в Саргассово море, делающего жизненный цикл завершенным.

И угорь продолжал жить, хотя все, окружающее его, исчезло. Угорь жил, когда угри его поколения конца XIX века стали сильными и серебристыми и отправились в Саргассово море, чтобы размножиться и умереть. Он жил, когда Самуэль Нильссон стал взрослым мужчиной, состарился и умер. Он пережил и детей Самуэля Нильссона. И его внуков, и правнуков.

Угорь дожил до таких преклонных лет, что со временем прославился. Люди приезжали со всей страны, чтобы заглянуть в колодец в надежде увидеть угря. Он стал живой нитью, связывающей нас с прошлым: угорь, у которого украли жизнь, отомстил, обманув смерть. Может быть, он вообще бессмертен?

Назвать это сказкой, строго говоря, неправильно и несправедливо. Совершенно точно известно, что в колодце в Брантевике живет угорь. Живет он там, судя по всему, очень давно. Сложности возникают с той частью повествования, которая касается Самуэля Нильссона. Мы не можем точно сказать, сколько лет угорь прожил в колодце в Брантевике.

Некоторые, правда, пытались. В 2009 году телепрограмма «Среди природы» отправилась в Брантевик. Угрю на тот момент было предположительно сто пятьдесят лет, — показав факт его существования, телевизионщики хотели по крайней мере перенести его из мифологии в реальность.

Передача запечатлела одни из самых драматичных мгновений в истории шведской журналистики о природе. Телевизионщики не без труда сдвинули в сторону большую четырехугольную плиту и заглянули в колодец, который имел глубину в четыре-пять метров и был укреплен со всех сторон большими камнями. Угорь, разумеется, не показывался. Достав насос, они выкачали из колодца всю воду. Угря не было видно. Ведущий программы Мартин Эмтенэс спустился в колодец и стал ощупывать руками щели между камнями, пока вода потихоньку снова заполняла колодец. Никакого угря.

Они уже собирались положить на место каменную плиту и уйти ни с чем, как вдруг заметили на самом дне движение, и Мартин Эмтенэс снова спустился в колодец, чтобы посмотреть, что это такое.

Угорь — тот мистический угорь из Брантевика, которого им в конце концов удалось выловить, — оказался очень странным существом. Он был маленький, всего пятьдесят с половиной сантиметров в длину, но с гигантскими глазами. Если все остальное в его образе ужалось, приспосабливаясь к жизни в тесном темном колодце, то глаза выросли в несколько раз больше, чем у обычного угря. Словно он пытался компенсировать отсутствие света. Когда он извивался в траве возле колодца, то казался пришельцем из другого мира — так трагически отмеченный жизнью во тьме и одиночестве, такой странный и непохожий среди нас.

— Вполне вероятно, что миф об угре из Брантевика на самом деле правда, — сказал потом ведущий программы Мартин Эмтенэс. — Возможно, ему и вправду сто пятьдесят лет.

После полуторавековой жизни в таких условиях показалось слишком большой дерзостью нарушить тот порядок, который помогал угрю в течение стольких лет обманывать смерть. Измерив и обследовав угря, телевизионщики просто отпустили его обратно в колодец, в темноту, где он, похоже, вознамерился пережить всех нас.

Угорь из Брантевика продолжал жить еще какое-то время, но под конец все же сдался. В августе 2014 года владелец колодца обнаружил, что угорь мертв. К этому моменту — если мы решим поверить всем преданиям — ему было сто пятьдесят пять лет. Останки были направлены в Лабораторию по изучению пресноводных в Стокгольме, где надеялись сосчитать годовые кольца на отолите — своего рода слуховом кристалле во внутреннем ухе, дабы раз и навсегда определить возраст угря.

Однако отолит так и не обнаружили — возможно, крошечный кристалл исчез, когда тело подверглось разложению. Весь ил со дна колодца выкачали и просеяли через сито, но отолит бесследно пропал. Каким-то образом угорь, который уже не мог обмануть смерть, все же в последний раз перехитрил человека.