Читаем Сады Луны полностью

Пот заливал Крокусу глаза, и он не успевал их вытирать. На дверь поставили новый замок, а изнутри дополнительно снабдили более хитроумной «ловчей проволокой». Но Крокус умело обошел все преграды и теперь на цыпочках двигался к знакомому столику. Добравшись туда, Шалунишка застыл на месте.

Снова в мозгу застучала знакомая мысль: «Идиот! Что я здесь делаю?»

Он вслушивался в ровное дыхание спящей дочери Дарле. Почему-то ему вспомнились слова Колля о пяти драконах. Дыхание девушки Крокус ощущал своим затылком. Взглянув на себя в зеркало, он нахмурился. Что с ним творится? Если он в ближайшие же минуты не уберется отсюда… Закусив губу, Крокус принялся вытаскивать из мешочка злополучные драгоценности. Закончив, он еще раз взглянул в зеркало. Помимо его собственного оттуда глядело другое лицо – белое круглое лицо хозяйки спальни.

– Раз уж ты принес все, что у меня украл, изволь вернуть драгоценности на свое место, – шепотом велела ему девушка. – Шкатулку на столе слева от зеркала. Щетку для волос положи справа. Ты и мои сережки захватил? Их оставь на столике.

Крокус только теперь сообразил, что забыл прикрыть лицо маской.

– Не пытайся никого звать на помощь, – нарочито свирепым голосом сказал он девушке. – Я тебе все вернул и сейчас уйду. Поняла?

Натянув одеяло, дочь сановника села на постели.

– Грабитель, я не боюсь твоих угроз. Мне достаточно лишь закричать, и тут сразу же появится начальник отцовского караула. Уж не собираешься ли ты сражаться с ним своим жалким кинжальчиком?

– Нет, не собираюсь, – ответил Крокус. – Я приставлю кинжал к твоему горлу и возьму тебя в заложницы. Посмотрим, решится ли он тогда атаковать меня.

Девушка побледнела.

– За воровство отрубают руку. А за похищение дочери сановника ты отправишься прямо на виселицу.

Крокус с деланной небрежностью пожал плечами. Попутно он лихорадочно прикидывал, за сколько времени сумеет покинуть спальню и выбраться на крышу.

– Оставайся там, где стоишь, – приказала ему девушка. – Я сейчас зажгу лампу.

– Зачем? – дрогнувшим голосом спросил Крокус.

– Хочу тебя получше рассмотреть.

Следом вспыхнул непривычно яркий свет. Ах, вот оно что! Лампа висела на одном из столбов балдахина. Как он мог этого не заметить? Дочь сановника ломала все его замыслы.

– Ну и что теперь, когда ты меня рассмотрела? – огрызнулся Крокус. – Давай, зови караульных. Пусть меня схватят, и дело с концом.

Он достал из-за пазухи шелковый тюрбан и бросил на столик.

– Я вернул тебе все. Даже эту тряпку.

Девушка посмотрела на тюрбан и усмехнулась.

– Я приготовила его для празднества Геддероны. Но теперь у меня другой, красивее этого.

– Что тебе от меня нужно? – не выдержал Крокус.

Его неожиданный выплеск испугал девушку, но ненадолго.

Улыбнувшись, она сказала:

– Мне любопытно, зачем вору вдруг понадобилось возвращать украденное? По-моему, такое не свойственно людям твоего ремесла.

– У меня были на то причины, – пробормотал Крокус, отвечая не столько ей, сколько себе.

Он шагнул вперед и тут же остановился, увидев, что дочь сановника боязливо отодвинулась подальше.

– Прости, я не собирался тебя пугать. Я только… хотел тебя получше разглядеть.

– А для чего?

Вопрос застал юного воришку врасплох. Не мог же он ей сказать, что влюбился в нее до безумия!

– Как тебя зовут? – наконец выпалил Крокус.

– Шалисса Дарле. А тебя?

Шалисса! У него округлились глаза.

– Конечно, тебя обязательно должны были назвать каким-нибудь красивым и звучным именем.

– Но ты так и не назвал мне свое имя.

– Мое? – переспросил он. – Это тебя не касается. Воры не представляются своим жертвам.

– Почему жертвам? – удивилась Шалисса. – Я больше не чувствую себя жертвой. Ты вернул мне все до последней мелочи, поэтому, – она лукаво улыбнулась, – ты просто обязан назвать мне свое имя. Должно быть, ты их тех, кто всерьез относится к своим обязательствам, какими бы странными они ни казались.

Крокус наморщил лоб. О чем это она? И что она знает о его отношении к обязательствам? Однако в словах Шалиссы он чувствовал странную правоту и потому сокрушенно ответил:

– Меня зовут Крокус-Шалунишка. Я знаю, у тебя нет отбоя от женихов. Многие мечтают, чтобы их представили тебе. Но в один прекрасный день, Шалисса, ты увидишь среди них и меня. Только ты будешь знать, где и когда видела меня прежде. Я явлюсь на официальный прием и принесу подарок, как того требует этикет.

Напуганный собственными словами, Крокус ошалело уставился на девушку. Глаза Шалиссы засияли (увы, ему было не угадать, какое чувство пробудило их блеск), а потом она… покатилась со смеху. Шалисса зажала рот рукой. Ее плечи тряслись от хохота.

– Уходи-ка ты поскорей, Крокус, а то вдруг нас услышат. И не зацепись за «ловчую проволоку».

Его ноги вдруг стали деревянными. Крокус едва дошел до балконной двери. Смех Шалиссы был последним ударом, окончательно разбившим его мечты. Внутри все умерло, осталась лишь циничная усмешка. Он вспомнил ее взгляд.

Одеяло сползло вниз, и Шалисса вновь предстала перед ним обнаженной. Странно, она даже не обратила на это внимания. Или знать проще смотрит на подобные вещи?