Читаем Садовник и плотник полностью

Наряду с этими довольно смутными догадками о внутренней общности, эссенциализм также подразумевает врожденность и постоянство[155]. Уже малыши от года до трех считают, что утка – она и сейчас утка, и всегда была уткой, даже когда она еще находилась внутри яйца. Они уверены, что если бы утенка выращивали исключительно в окружении собак, то он бы все равно ходил, крякал и плавал как утка.

Такого рода эссенциалистское мышление на самом деле полезно, когда речь идет о понимании физического и биологического миров. В конце концов, наука говорит нам, что зачастую у некоторых природных категорий в самом деле обнаруживаются неожиданные потаенные сущности. Дельфин выглядит как рыба и плавает как рыба, но на самом деле он не рыба; пингвин и страус – птицы, хотя видом и повадками ни тот ни другой совершенно не похожи на какого-нибудь дрозда. (Конечно, один из минусов такого взгляда на мир заключается в том, что именно он, возможно, объясняет, почему многим людям так трудно принять аргументы в пользу эволюции. Если мы интуитивно подходим к биологическим видам с эссенциалистской точки зрения, то нам особенно трудно понять и принять базовый принцип эволюции, согласно которому виды – это явление изменчивое, вариабельное и непрерывно изменяющееся.)

Однако у детей также складывается эссенциалистский взгляд на общество, и это уже вызывает гораздо больше сложностей[156]. Пока дети еще совсем маленькие, они воспринимают категории гендера, расы и даже языка точно таким же образом, как категории “утки” или “собаки”. Они считают, что принадлежность к той или иной социальной категории есть нечто столь же врожденное, неизменное и глубокое, как “утиность” или “собачность”.

Судя по всему, дети даже произвольно выбранные социальные группы воспринимают точно так же. Если сказать им, что есть группа людей, которые называются зазы, а есть группа, которая называется флюрпы, то дети, скорее всего, решат, что зазы отличаются от флюрпов и по каким-то другим признакам; увы, они также приходят к выводу, что заз скорее обидит флюрпа, чем другого заза[157].

Особенно рано у детей складывается эссенциалистский взгляд на пол и гендер (эссенциалистский подход к проблеме расы в нашей культуре складывается позже, хотя его первые проявления также можно обнаружить у детей примерно четырех-пяти лет). Уже четырехлетние дети говорят, что девочки всегда останутся девочками и никогда не станут мальчиками[158]. Этот эссенциалистский взгляд на физические признаки гендера может показаться достаточно разумным; в конце концов, в большинстве случаев так и бывает. Однако дети зачастую смотрят с эссенциалистской точки зрения и на психологические гендерные черты – даже когда вы эксплицитно стараетесь воспитывать их в несексистском духе. Более того, они иногда абсолютизируют гендер в гораздо большей степени, чем взрослые[159]. Ребенок может запросто заявить своей маме-врачу в медицинском костюме, что девочки всегда должны носить платья, а женщины могут работать только нянечками или медсестрами.

Откуда вообще берется эссенциализм? Возможно, отчасти это врожденное или возникшее в ходе эволюции свойство психики. Антрополог Скотт Атран утверждает, что в далеком эволюционном прошлом охотникам и собирателям требовалось идентифицировать растения и животных, что и спровоцировало появление эссенциалистского взгляда на мир[160]. Попросите какого-нибудь собирателя, превосходно умеющего искать и использовать нужные растения, объяснить вам его “народную ботанику”. Выяснится, что он на удивление умело различает и идентифицирует биологические виды. Он не просто обращает внимание на внешние признаки растений, такие как форму или цвет; нет, его категории гораздо больше похожи на категории, использующиеся в научных теориях.

Возможно, эссенциализм у детей вызван также стремлением наделить окружающий мир причинно-следственным смыслом. Если вы хотите спрогнозировать, как себя поведет растение или животное или как его можно использовать, то удобнее думать о нем в категориях его внутренней сущности, а не внешних характеристик. Зная, что между съедобными грибами и поганками, несмотря на их внешнее сходство, есть внутренняя сущностная разница, вы можете буквально спасти свою жизнь.

Возникновению эссенциалистского взгляда может также способствовать и язык. Например, вы можете сказать про какую-нибудь девочку: “Мэри ест морковку”, а можете сказать: “Мэри – любительница морковки”[161]. Услышав вторую фразу, трехлетний ребенок, скорее всего, решит, что любить морковку – это сущность Мэри; Мэри всегда ее ела и всегда будет есть. А если просто сказать: “Мэри ест морковку”, то ребенок решит, что сейчас Мэри, конечно, и любит морковку, но когда-нибудь потом это может пройти и она перестанет ее есть.