— Не могу, — ответила она едва слышным голосом. — Но спасибо тебе за то, что ты сделал для нас с Айко. — И она снова поклонилась, повторив: — Домо арригато годзаимасу.

Кэндзи порывисто нагнулся к ней и, взяв за подбородок, обратил к себе лицо Кейко. Она была все еще прекрасна. Но печаль, врезавшаяся в эти тонкие черты, ранила его душу.

— Кейко, — пробормотал он. Ее слезы острыми иглами впивались в его сердце.

— Мне надо идти, — сказала она. — Желаю тебе счастья. — Кейко освободилась от его руки и вновь поклонилась. А потом встала и, так и не поглядев на него, медленно направилась по тропе, растворяясь в вечерних тенях.

Кэндзи провожал ее взглядом, пока силуэт Кейко не исчез вдали. И только тогда заметил, что стоит опершись о надгробие Танидзаки. Несколько секунд он глядел на два кандзи[31] — «ку» и «дзаку»… на серые знаки над ними. Один гласил: «Пустота», другой вторил ему: «Одиночество».

5

Когда в 2241 году спутники слежения передали на Землю послание с Рамы, оно вызвало просто панику. Видеозапись выступления Николь немедленно отнесли к числу особо секретных материалов, тем временем Международное бюро расследований (МБР) — десница СОП, — отвечающее за безопасность, пыталось разобраться во всем этом деле. Дюжина самых лучших агентов собралась на закрытом заседании в Новосибирске, чтобы проанализировать передачу из дальнего космоса и разработать план ответных действий СОП.

Когда все смогли убедиться, что ни китайцы, ни бразильцы не могли закодировать сигнал (технические возможности обеих стран по-прежнему уступали СОП), в направлении Рамы немедленно отправили подтверждение, чтобы исключить повторение передачи. Теперь суперагенты могли сосредоточиться на содержании самого послания.

Пришлось начать с исторических исследований. Считалось, что Рама II погиб от барражирующих ядерных ракет в апреле 2200 года, хотя имелись свидетельства (впрочем, ненадежные) того, что инопланетный корабль мог избежать подобной участи. Николь де Жарден, предположительно записавшая послание, считалась погибшей еще до того, как научный корабль экспедиции «Ньютон» оставил Раму. Безусловно, и сама она и любые ее останки должны были погибнуть в ядерном взрыве. Итак, говорить из космоса она не могла.

Но если некто или нечто, записавшее телевыступление, являлось роботом или подобием мадам де Жарден, уровень технологии его создателей немыслимо превосходил все известные на Земле. Посему предварительное заключение гласило, что землянам вновь приходится иметь дело с невероятно могущественной технологической цивилизацией, вполне отвечающей уровню, обнаруженному обоими кораблями, которые на Земле называли Рамой.

В том, что послание заключало в себе угрозу, суперагенты были единодушны. Если новый Рама действительно приближался к Солнечной системе, хотя обе станции «Экскалибур» этого еще не обнаружили, Земля не могла игнорировать послание. Конечно, нельзя было исключить и возможность искусного надувательства, наглого розыгрыша, учиненного блестящими китайскими физиками (подозревать можно было лишь их), однако до получения подтверждения СОП должен был выработать определенный план.

К счастью, уже существовал международный проект, предусматривавший создание на Марсе небольшой колонии к середине 2240-х годов. За два предыдущих десятилетия с полдюжины исследовательских экспедиций на Марс возобновили интерес к великой идее сделать красную планету обитаемой для людей. На Марсе уже работало несколько автоматических научных лабораторий, осуществлявших слишком опасные эксперименты, чтобы проводить их на Земле. Выполнить распоряжение Николь де Жарден и не испугать население можно было одним путем — следовало объявить о создании на Марсе более крупной колонии. Если бы вся история впоследствии оказалась надувательством, размер колонии можно было сократить до запланированного уровня.

Один из агентов, индиец по имени Рави Шринивасан, тщательно изучил архивы МКА, относящиеся к 2200 году, и нашел подтверждение тому, что Рама II не был уничтожен ядерной фалангой.

— Возможно, — сказал мистер Шринивасан, — мы видим обычную видеопередачу и перед нами действительно уважаемая мадам де Жарден.

— Но сейчас ей должно быть семьдесят семь лет, — возразил один из агентов.

— В передаче отсутствуют указания на время записи, — аргументировал мистер Шринивасан. — А если вы сопоставите сделанные во время полета фотоснимки мадам де Жарден с женщиной на экране, то сразу же заметите различия. В полученном нами видеоотрывке она старше, может быть, лет на десять. Для обмана или подделки чрезмерно тонкая работа.

Впрочем, мистер Шринивасан согласился, что МБР разработало вполне разумный план, пригодный даже на случай, если передача и в самом деле окажется правдивой. Поэтому ему не стоит тратить силы, чтобы доказать свою правоту. Но в первую очередь — на этом сошлись все суперагенты — следует позаботиться о том, чтобы о содержании передачи знало как можно меньше людей.