Читаем Сад Рамы полностью

— Речь идет о Кэти. Мне в самом деле необходима твоя помощь… Завтра вечером одна из этих молодежных танцулек — «давайте познакомимся». Помнишь, мы решили на той неделе, что Кэти может пойти, но лишь в сопровождении Патрика и не задерживаясь допоздна… Ну а вчера вечером я видел, как она вертелась перед зеркалом в новом платье: коротком и весьма откровенном. Я сказал, что такое платье не для танцев. Она пришла в ярость. Утверждала, что я «шпионю за ней», а в вопросах моды проявляю абсолютное невежество.

— И что ты ответил?

— Я отругал ее. Она холодно поглядела на меня и ничего не сказала. А потом через несколько минут, не произнеся ни слова, вылетела из дома. Мы с детьми пообедали без нее… Кэти вернулась домой лишь за полчаса до тебя. От нее пахло табаком и пивом. Когда я попытался поговорить с ней, она огрызнулась — «не приставай ко мне», — отправилась к себе в комнату и захлопнула дверь.

«Этого-то я и боялась, — подумала Николь, молча лежа рядом с Ричардом.

— Все предвещало это с самого детства. Кэти такая блестящая, но и эгоистичная и норовистая…»

— Я решил было сказать Кэти, что завтра она не пойдет на танцы, но потом понял, что она уже взрослая — по всем стандартам. В конце концов, на ее регистрационной карточке проставлено двадцать четыре. Мы не можем обращаться с ней, как с ребенком.

«Но эмоционально ей скорее всего лет четырнадцать, — подумала Николь, когда Ричард начал перечислять все неприятности, которые случились с Кэти, с тех пор как на Раме появились другие люди. — Ей бы только приключения да веселье».

Николь вспомнила, как провела с Кэти целый день в госпитале. Это было за неделю до того, как причалила «Нинья». Сложные медицинские инструменты просто заворожили Кэти, она расспрашивала о том, как все устроено. Однако, когда Николь предложила ей поработать в госпитале до тех пор, пока откроется университет, молодая женщина расхохоталась.

— Ты смеешься? — спросила ее дочь. — Не могу представить ничего более скучного. В особенности, когда вокруг столько людей, столько встреч.

«Нет, нам с Ричардом здесь ничего не поделать, — вздохнув, сказала себе Николь. — Мы с ним можем волноваться за Кэти и предлагать ей свою любовь, но она уже решила, что наши знания и опыт ей ни к чему».

В спальне воцарилось молчание. Николь потянулась и поцеловала Ричарда.

— Завтра я переговорю с Кэти об этом платье, — сказала она, — но едва ли беседа принесет пользу.

Патрик сидел в складном кресле возле стены школьного гимнастического зала. Он отпил содовой и поглядел на часы. Неторопливая музыка как раз смолкла и пары остановились. Кэти и Олаф Ларсен, высокий швед, чей отец входил в штаб капитана Макмиллана, обменявшись коротким поцелуем, под руку направились к месту, где сидел Патрик.

— Мы с Олафом хотим выкурить по сигаретке и глотнуть виски, — сказала Кэти, когда пара поравнялась с Патриком. — Ты не хочешь пойти с нами?

— Уже поздно, Кэти, — ответил Патрик. — Мы обещали быть дома в половине первого.

Швед ободряюще потрепал Патрика по плечу.

— Не нуди, парень. Расслабься. Нам с твоей сестрой весело.

Олаф был уже пьян. Его тонкое лицо побагровело и дергалось. Он указал через комнату.

— Видишь там девушку с рыжими волосами, в белом платье и с большой грудью? Ее зовут Бет, она горячая. Весь вечер ждет, чтобы ты пригласил ее сплясать. Хочешь представлю?

Патрик покачал головой.

— Вот что, Кэти, — сказал он. — Мне пора идти, я и так здесь насиделся…

— Ну еще полчасика, малыш, — перебила его Кэти. — Мы прогуляемся, а затем пару раз станцуем. И потом уходим. О'кей?

Поцеловав Патрика в щеку, она направилась с Олафом к двери. В репродукторах заиграла быстрая музыка. Патрик завороженно следил за юными парами, передвигавшимися в такт тяжелому ритму.

— Ты не танцуешь? — спросил его юноша, по периметру обходивший площадку.

— Нет, — ответил Патрик, — я даже не пытался.

Молодой человек бросил на Патрика странный взгляд, потом остановился и улыбнулся.

— Конечно, — сказал он. — Значит, ты один из Уэйкфилдов… Привет. Меня зовут Брайан Уолш. Я из Висконсина, из самой середины Соединенных Штатов. Мои родители должны тут организовать университет.

Патрик едва обменялся парой слов с кем-либо, кроме Кэти, с тех пор как появился на танцплощадке несколько часов назад. Он с радостью пожал руку Брайану Уолшу, и несколько минут они оживленно переговаривались. Брайан наполовину закончил курс компьютерной техники, когда его семью приняли в колонию Лоуэлл. Ему оказалось двадцать, в семье других детей не было. Все, что испытал Патрик, его очень заинтересовало.

— А скажи мне, — спросил он, когда молодые люди попривыкли друг к другу, — неужели этот так называемый Узел действительно существует? Или он придуман МКА?

— Нет, — ответил Патрик, забыв о том, что обсуждать подобные вещи ему не разрешалось. — Узел существует. Отец утверждает, что это внеземная станция обработки информации.

Брайан легко рассмеялся.