Читаем С. Ю. Витте полностью

18 марта. Суббота. В Департаменте законов с присоединением прочих департаментов докладывается под моим председательством представление Витте о том, чтобы после состоявшегося сложения с крестьян выкупных платежей предоставить каждому желающему требовать выделения в его собственность состоявшего в его владении земельного надела. Витте утверждает, что предлагаемая им мера необходима не только в экономическом, но и [в] политическом отношении, что приведение ее в действие положит предел угрожающим великими бедствиями аграрным беспорядкам. Оппонентами выступают защитники общественного владения: прежде всего П. П. Семенов, бывший секретарь Я. И. Ростовцева, Игнатьев, Стишинский, Горемыкин и прочие. Все они утверждают, что такое дело должно непременно быть предоставлено Думе, где его будут обсуждать сами крестьяне. На это Витте заявляет, что ему хорошо известно, какие элементы войдут в Думу, что массы крестьян, кои туда появятся, будут заняты одной мыслью, одним требованием – получить откуда бы то ни было прибавку земли, что крестьянской массой будут руководить всякие авантюристы, кои, обещав им земные блага, поведут их куда угодно. Вот почему желательно до появления Думы установить возможность независимой, отдельной, личной, единичной поземельной собственности. Большинство [в количестве] двадцати одного против семнадцати настаивают[189] от рассмотрения внесенного Витте проекта, о чем я весьма сожалею. <…>

30 марта. Четверг. В 9 часов вечера в Мариинском дворце под председательством Сольского совещание относительно необходимости пополнить Государственный совет новыми членами ввиду предстоящей его реформы. Присутствуют: Витте, Фриш, Чихачёв, Голубев, Икскуль и я.

Сольский заявляет мысль о необходимости сохранить хоть часть ныне заседающих в совете членов, удалив тех, кои не способны принимать участие в прениях. Для достижения сего предполагается установить, что на каждый год государь назначает членов присутствующих и членов не присутствующих, подобно тому, как это делается в Сенате. Чихачёв заявляет, что он считает установление такого образа действий обидным для членов совета, кои должны быть назначаемы пожизненно и не должны быть лишаемы участия в занятиях совета иначе, как по судебному приговору за совершенные ими преступления. На это прочие члены возражают, что назначенные члены совета должны составлять не только контингент, представляющий элемент уравновешивания либеральной выборной группы, но еще и противодействующую увлечениям Государственной думы силу. Для достижения таких целей должно по возможности привлечь в ряды правительственных членов людей, способных говорить, полемизировать, возражать против заявлений и нападков со стороны и Думы, и правительственных членов. Витте утверждает, что, по его мнению, из теперешних восьмидесяти пяти членов, заседающих в общем собрании, не более пятнадцати способны произносить речи, а потому удаление значительного числа немо заседающих в совете необходимо. По сделанному им подсчету из теперешнего состава нельзя сохранить более шестидесяти. Согласно сему Витте представляет набросанный им список кандидатов. Я заявляю, что, по моему мнению, надо иметь в виду не лишенное некоторого основания распространившееся в обществе обвинение против правительства в том, что преобладание в Государственном совете бюрократического элемента будет парализов<ыв>ать деятельность Государственной думы и что поэтому полезно было бы назначить членов совета не из чиновников, а из людей, преследовавших другие карьеры, и прежде из таких, кои принимают участие в общественном движении последнего времени. Такие люди, по моему мнению, должны быть известны председателю Совета министров.

Витте говорит, что таких людей он не знает.

Голубев обращает внимание на то, что выборы в члены совета производятся выборщиками, то есть такими лицами, кои могли сами, по мнению общества, попасть в члены Совета. Таких лиц насчитывается восемьдесят два, а потому изучение составляющих эту цифру людей дало бы материал для избрания в члены Совета.