Читаем С.Е.К.Р.Е.Т. полностью

– Все, чего захотите. И ничего такого, чего не захочется, – отозвалась Матильда. – Да или нет, Кэсси. Проще некуда.

Мое тело уже согласилось, но рассудок оправился от временного помрачения и взялся за старое.

– Но я вас даже не знаю! Ни вас, ни этих женщин. И мне предлагают сидеть и делиться сокровенными сексуальными фантазиями? Но я не знаю даже, есть ли они у меня вообще, не говоря уж о девяти, потому что спала я всего с одним мужчиной. Как же мне говорить «да» или «нет»?

Матильда выслушала мою тираду с терпением матери, внимающей детской истерике. Ничто из сказанного мной уже не могло заставить мое тело повернуться и отправиться домой, и я это знала. Мой бедный рассудок проигрывал бой.

– Да или нет, Кэсси, – повторила Матильда.

Я оглядела комнату, книжную полку у меня за спиной, старинные окна с видом на живую изгородь и снова посмотрела на добродушное лицо Матильды. Я нуждалась в прикосновениях. Нуждалась в том, чтобы мужчина освободил мое тело, пока оно не умерло медленной и одинокой смертью. Я испытывала потребность в неких действиях для меня. Надо мной.

– Да.

Она мягко ударила в ладоши:

– Я очень рада. Ох и здорово это будет, Кэсси! Обязательно будет!

С этими словами Матильда извлекла из ящика рабочего стола небольшой буклет и подтолкнула ко мне. Он был того же бордового цвета, что и дневник Полин, разве только длиннее и уже, как чековая книжка.

– Я оставлю вас одну, чтобы вы спокойно заполнили этот краткий вопросник. Это поможет нам понять, чего вы хотите и что… вам нравится. И ваше нынешнее состояние. Ваши особые фантазии вы распишете потом. Но это начало. У вас пятнадцать минут. Просто ответьте честно. Я приду за вами, когда закончите. Комитет уже собирается. Чай? Кофе?

– Чай бы не помешал, – ответила я, ощущая сильнейшую усталость.

– Единственное, что стоит между вами и вашей настоящей жизнью, – это страх. Не забывайте об этом.

Когда она ушла, мне не сразу хватило смелости хотя бы заглянуть в буклет. Я встала и подошла к находившейся в задней части офиса книжной полке. То, что я приняла за энциклопедию, оказалось переплетенными распечатками эротической литературы: «Полная Камасутра», «Радость секса», «Любовник леди Чаттерлей», «Мой тайный сад», «Счастливый Хукер», «Фанни Хилл», а также «История О.». Кое-что мне попадалось, когда я подростком подрабатывала няней. Я заглядывала в них и после, когда родители малышей возвращались, в смущении шла домой. Здесь все эти книги были в таких же кожаных бордовых обложках, как буклет и дневник, с тисненными золотом заглавиями. Проведя пальцем по корешкам, я глубоко вздохнула, вернулась за стол и открыла буклет.

Далее следовал список вопросов, между которыми было оставлено место для ответов. Вопросы были столь специфическими, что у меня голова пошла кругом. Едва я взялась за ручку, как в дверь постучали.

– Да?

В щель просунулась черная голова Дэники.

– Простите, что прерываю. Матильда сказала, что вы просили чаю.

– О, спасибо.

Она вошла и аккуратно поставила передо мной серебряный чайный прибор.

– Дэника, вы заполняли это? Вот эту штуку.

Ее лицо расплылось в улыбке.

– Нет. Видите? – Она подняла руку, показав голое запястье. – У меня нет браслета. Это опознавательный знак. Матильда говорит, что мне просто незачем присоединяться к обществу, у меня с моим парнем и так все классно, с самого начала. Ну и потом, здесь больше заботятся типа о старых… Ну, кому уже тридцать, а то и больше. Но мне кажется, это по-настоящему круто, – добавила она. Ей было немного за двадцать, и она соответствовала своему возрасту до мозга костей. – Вы просто отвечайте честно, Кэсси. А затем все будет легко и просто. Матильда постоянно так говорит.

С этими словами Дэника повернулась и вышла, закрыв за собой дверь и оставив меня снова один на один с вопросником и моим смятенным рассудком. Ты можешь, Кэсси. И я приступила.