Читаем С.Е.К.Р.Е.Т. полностью

– Ладно. – Делл отмахнулась от меня, словно от мухи. – Но только чтобы мне не пришлось говорить. Иисус не позволяет лгать.

– Я тебя расцелую.

– Ни в коем случае.

Я побежала к своему шкафчику, сняла со стопки грязных футболок записную книжку, мысленно напомнив себе о стирке, и понеслась к столику. Обе женщины выжидающе обернулись ко мне.

– Ну вот, я спросила Делл, это наша другая официантка, тоже из дневной смены…

В этот момент Делл покорно высунулась из кухни и помахала натруженной рукой, узаконивая мое вранье.

– Она и вправду нашла. – Я полезла в сумочку и вытащила блокнот. – Это?..

Я и договорить не успела, как Полин вырвала книжку из моих пальцев и сунула себе в сумочку.

– Оно самое. Огромное вам спасибо, – сказала она мне с облегченным вздохом и повернулась к спутнице. – Знаешь, Матильда, мне надо идти. Жаль, но получается, что у меня больше нет времени на ланч. Не обидишься?

– Да все в порядке. Позвони мне потом. Но я останусь, а то с голоду помру.

Она встала, чтобы на прощание обнять подругу.

Я чувствовала, что облегчение Полин соседствует с досадой. Она вернула утерянное, но понимала, что кто-то где-то, скорее всего, ознакомился с ее тайнами, и сейчас ей, похоже, не терпелось убраться с глаз долой. Коротко обнявшись, она поспешила к выходу.

Матильда снова уселась – расслабленно, словно кошка на нагретое солнцем местечко. Я оглядела зал. Было около трех часов, и кафе почти пустовало. Моя смена подходила к концу.

– Сейчас принесу ваш зеленый чай, – сказала я. – А меню на стенке, вон там.

– Спасибо, Кэсси, – произнесла она, когда я уже отходила.

У меня свело желудок. Она знала мое имя. Откуда? Тьфу, я же подписываю счета. А Полин у нас в завсегдатаях. Вот и весь секрет.

Остаток смены прошел без происшествий. Матильда пила чай, посматривая в окошко. Она заказала сэндвич с яичным салатом, приправленным уксусом, и съела половину, а наш с ней обмен фразами не выходил за пределы обычного разговора официантки и клиентки. Под конец я принесла ей счет и получила щедрые чаевые.

* * *

Именно поэтому я была потрясена, увидев, как на следующий день, сразу по окончании обычной обеденной сутолоки, у нас снова, на сей раз в одиночестве, появилась Матильда. Помахав мне, она указала на столик, и я кивнула, отметив легкую дрожь в руках, когда направилась к ней. Хотя с чего бы мне нервничать? Пусть даже она догадывалась насчет моей лжи, что уж такого страшного я сделала? Никто не удержался бы от соблазна почитать блокнот с таким интригующим содержанием. К тому же если я и вторглась в чье-то личное пространство, то это относилось к Полин, а никак не к этой женщине.

– Привет, Кэсси, – поздоровалась она с доброжелательной улыбкой.

На этот раз я присмотрелась к ее лицу. У нее были большие, яркие, темно-карие глаза и безукоризненная кожа. А вот макияжа почти не было, что создавало дополнительный омолаживающий эффект, хотя я теперь полагала, что на самом деле ей было ближе к шестидесяти, чем к пятидесяти. Лицо ее было сердечком, с заостренным подбородком – действительно, без преувеличений, очень красивым: той красотой, что бывает присуща женщинам с необычными чертами. Она была вся в черном – облегающие брюки, подчеркивавшие безупречное телосложение, и вязаный свитер, который ей очень шел. На фоне черного рукава выделялся золотой браслет с подвесками.

– Рада вас видеть, – сказала я, положив меню на стол.

– Мне, пожалуйста, то же самое, что вчера.

– Зеленый чай, яичный салат?

– Верно.

Я принесла чай, через несколько минут – сэндвич; потом, по ее просьбе, добавила кипятку. А когда она закончила и я подошла убрать посуду, Матильда вдруг предложила мне присесть за столик. Я обмерла.

– Всего на секунду, – заверила она, выдвигая стул.

– У меня смена, – ответила я, чувствуя себя зажатой и отчасти загнанной в угол.

Через окошко за барной стойкой можно было видеть Делл, возившуюся на кухне. Вдруг эта женщина начнет сейчас расспрашивать насчет записной книжки?

– Уверена, что Уилл не станет возражать, если вы на минутку присядете, – заявила Матильда. – В заведении все равно пусто.

– Вы знаете Уилла? – спросила я, медленно опускаясь на стул.

– Я очень многих людей знаю, Кэсси. Но вот вас не знаю.

– Ну, вы не много потеряли. Во мне нет ничего интересного. Я просто официантка и… да вот, на самом деле, и все.

– Ни одна женщина не бывает просто официанткой, или просто учительницей, или просто матерью.

– А вот я просто официантка. Ну, наверное, еще и вдова. Но главным образом – просто официантка.

– Вдова? Простите, мои соболезнования. Вы ведь не здешняя? Улавливаю легкий акцент Среднего Запада. Иллинойс?

– Почти угадали. Мичиган. Мы переехали сюда шесть лет назад. Мы с мужем. До его смерти. А откуда вы знаете Уилла?

– Я была знакома с его отцом. Он был здесь хозяином, думаю, уже лет двадцать прошло с его кончины. Наверное, с тех пор я сюда и не заглядывала, а когда-то бывала часто. Тут мало что изменилось. – Она огляделась по сторонам.