Читаем «Рыжие» (СИ) полностью

— Отвали, — схватился тот за живот, тихо постанывая от боли.

— Ты че уже сожрал? Говори давай.

— Да отъебись же ты! — рыкнул ей футболист.

— Так и знала, что не так с этой едой что-то, — злится она саму на себя, — Пошли я тебя домой отведу.

— Я сам… — отказывается от помощи Бойко, встав, как сразу же ноги предательски подкосились. Его подхватывает Белова. — Блять…

— Я тебя, конечно, на руках не унесу, — отшучивается девушка, — но буду придерживать, так уж и быть.

Казалось, ссора при встрече куда-то испортилась, будто её и не было.

Никита робко заглядывает в серые глаза и залипает, слегка краснея. Красноволосая тоже немного покрывается розовой краской и отводит смущенный взгляд в сторону. Они начали направляться к дому парня:

— Мы сегодня утром не поняли друг друга, — разбавила она тишину, буквально таща оффника на себе, — Хотело бы забыть об этом конфликте.

Он молчал.

— Я понимаю, что меня, такую красивую, будет сложно выкинуть из головы, забыв, но всё же…

— Хорошо-хорошо, только харе триндеть, а! — голубые глаза закатились под лоб.

— А у тебя красивые глаза, — продолжает Белова, — прям как у моей мамы.

— У моей мамы тоже, — очень тихо, почти без звучит выдавливает Никита.

— Видишь, как здорово, — на лице расцвела улыбка из пухлык губ, накрашенных темно-бордовой помадой, — Где ты живёшь? — останавливаются они.

Ей стало не удобно, поэтому она чуть пригинается и, расположив руки по-удобнее, невольно сжимает кожу где-то под рёбрами. Рыжеволосый стонет, закусив и так разбитые от драк губы в ранах. Кира испуганно вздрогнула:

— Ты чего?!

— .живот, — мычит Бойко.

Конечно, дело было не в животе, но что он скажет ей.

— Ну, говори, ты где живёшь-то? — меньше всего она щас хотела, чтобы этот тарчок помер на её руках по пути.

— Давай не домой. Куда угодно, но не туда, — прохоипел Бойко. Голос ощутимо дрогнул.

Белова была в растерянности и непонимании что же ей делать. Говорить адрес он не хочет, место, куда бы его можно было пристроить — тоже, вызвать скорую — уж лучше сразу сдохнуть, не доедут.

— Тогда ко мне домой, — прямо сообщает о своём плане девушка и направляется в сторону своего дома, где жил ещё и Фил, да бабушка их.

Хоть она и не успела нормально разобрать вещи, которые находились в небольших коробках, но чувствовала себя не хуже и так. Спасибо папе, что помог упаковать ей это всё и отвезти.

Когда Кира поступила в пансионат, то стало довольно-таки проблематично вовремя приходить туда, поэтому было принято решение переехать по-ближе, к бабушке. Она как раз жила очень близко и к коледжу, и к пансионату. Жить с отцом было очень здорово, не смотря на его новую семью, но с бабушкой как-то спокойнее, плюс, ещё и брат под рукой.

Можно и поделиться реакцией бабушки, но она была, думаю, как поняли, достаточно ожидаемой: радостные возгласы, слёзы, объятия… Всего этого так не хватало Кире…

— Почти пришли, — оповещвет красноволосая, — Ты как?

— Пойдёт.

— Обнадеживает, конечно, — поджимает та губы и нажимает номер квартиры в домофоне, — Запоминай номер. Если понадобится помощь, то можешь приходить в любое время дня и ночи. Понял?

— Сам о себе позабочусь, — фыркнул Никита.

— Всё равно запоминай.

В домофоне слышится голос пожилой женщины:

— Да?

— Бабуль, привет, — улыбнулась Белова, услышав голос старушки.

— Кирочка! Это ты!

— Да, бабуль, это я. Я тут с другом пришла. Впусти, пожалуйста.

— Да-да, конечно, проходите!

Подростки вошли в подъезд, а там и в квартиру Беловых. Кира, разувшись и, сняв верхнюю одежду, провела Никиту в свою комнату и решает положить того на кровать:

— Ты такой тяжёлый! — отпускает его на кровать девушка, как, неудержавшись, падает сверху, прям на грудь парню.

Сказать, что гостю было больно и стыдно — ничего не сказать.

В комнату, с тарелкой блинов в руках, заходит бабушка Киры, Елена Николаевна. Когда женщина увидела эту картину маслом, то немного отвела взгялд:

— Извините, конечно, молодые люди, — извиняется она, — но вы не забывайте, где находитесь и с кем.

— Бабушка, это не то, о чем ты подумала! — Кира резко встаёт с рыжеволосого и больно надавливает руками на грудину.

— Ай! Рыжая!

— Рыжая? — удивлённо переспрашивает старушка.

— Бабуль, всё нормально, просто прозвище. Вот у Никиты тоже прозвище «Рыжий» так как он видишь какой! — С блондина сталкиваются шапку, где показываются золотисто-рыжие пряди волос. — А ты куда-то собиралась?

— Да. Я щас отойду к тёте Люсе ненадолго, не балуйтесь тут!

— Бабушка! — протянула недовольно Белова.

— Я ушла!

Елена оставила их одних. Никита было расслабился, как в него прилетает подушка:

— А ты бы потерпел, тоже мне, мужчина!

— Агрх! Какая ты…

— Красивая?

— Нет, надоедливая!

— Да-да, — смеётся Кира, — лучше поспи, а то сил не хватит на обиды.

Тот лишь молча прикрыл глаза. Боль немного стиха.

— Вот и молодец, — улыбается Кира и осматривает знакомого. Взгляд пал на чуть задратую футболку в районе преса, где показался синяк. — А это ещё что…?

Комментарий к Глава 5 — “Дорога домой”.