Читаем Рыжее (не)счастье Эльфа полностью

— Боялся, что документы не найдёт тот же Мастерсон и обратит против нас. Да и формулу считал неготовой, — я вздохнул. — Даже забавно, то умирающий мозг выдал такую догадку. Может из-за того, что обычные установленные барьеры и принципы исчезают, высвобождая все способности? Интересно бы провернуть такой опыт ещё раз. Ты случайно не знаешь, на каком моменте времени перед остановкой сердца мне пришла в голову эта идея? Спросил бы у Иви, но она рассердится. А волноваться ей противопоказано.

— Понятия не имею. Знаешь, чему я рад? Что она под стать тебе. Такая же ненормальная, раз поверила в этот бред и заставила врачей подчиняться. Даже мне по роже дала, когда встал столбом тебя увидев.

— Эх, жаль, что именно этот момент не смог увидеть своими глазами, — я посмеялся. — А Иви… — улыбнулся, вспомнив о жене. — Иногда мне кажется, она самая бесстрашная из нас. Одно дело бороться и оберегать тысячи чужих, но незнакомых жизней, и совсем другое удерживать тех, кто действительно важен. Мы не преуспели в этом, Хакан. Потеряли всех близких, а Иви победила.

— Пожалуй так. Внешность не главное, да? С виду дурочка-дурочкой, а на деле стержень есть. Я благодарен ей уже за то, что тебя искать заставила и документы нашла. Не отрицай, ты, закончив с сывороткой, собирался лечь помирать. И лёг бы, если б лиса не доставала.

— Она и с виду, вовсе не дурочка, — возмутился я. — Это называется возвышенная натура. В остальном… — улыбнулся. — Да, мотивация жить была невелика.

— Уж прости, что твой единственный живой брат и близкий, — Хакан показал кавычки, — человек — недостаточно сильная мотивация. И где я ошибся? Тебе моя грудь не нравится? Между прочим, если считать площадь, у меня даже больше.

— Я люблю рыжих, прости. Хакан, очень, но я прекрасно знаю, что ты бы отлично прожил и без меня. Ошейник — вот что сдерживало твою мощь. И главным для меня было убрать его.

— И что делать с этой свободой? — Хакан повернул голову к окну. Поезд замедлялся. — Тебе всё равно не стоит лезть в это гнездо. Не забывай, что для них ты преступник и на уши не посмотрят. Документально, ты хозяин всего Орбег-Айса, а значит твои зверушки задрали человека насмерть. Плюс присвоил оборотней, которые принадлежали этим ублюдкам в том числе. Тебе нельзя к ним идти.

— Мастерсон жив, — я опустил взгляд. — Не знал, как тебе сказать. Он в тюрьме, но я отдал приказ его вылечить, будет ждать суда. Министр заслуживает смерти, но именно она послужит поводом для расправы над оборотнями. А так, мы в лучшем положении. Главное, удержись от импульсивности. Говори то, что мы обсудили в Орбег-Айс, хорошо?

— Лучше не забывай о плане «Б». Если эти уроды выхватывают пушки, ты оборачиваешься и летишь отсюда на хрен, а я прикрываю. Понял?

— Понял-понял, — я тряхнул головой. — Но обернуться придётся в любом случае. Хорошо хоть потренировался. Ощущения странные. Сознание тоже, а тело иное.

— Привыкнешь. Мне рассказывали, что секс иначе ощущается… жаль не попробовать, — разочарованно вздохнул он.

— Секс в теле дракона? — я округлил глаза. — Но для этого нужна самка таких же размеров. И при обороте я и тяги не испытываю.

— Мне рассказывали, — Хакан поднял палец. — А ты вообще забудь. Лису и в таком теле задавишь.

— А кто тебе рассказывал? Ты был единственным драконом, — я сощурился.

— Мартышка одна, мы даже поспорили. Вот как думаешь, в её случае большая будет разница, человек она или зверь?

Я открыл рот, понял, что мне нечего сказать, так как мой опыт в данном направлении ужасно скуден в сравнении с Хаканом, и закрыл его. К счастью, в этот момент поезд остановился. Где столпилось целое море газетчиков, жителей с различными плакатами, которые выступали как против, так и за мою вакцину. Полицейских не счесть.

Я пригладил волосы, поправил ворот рубашки и ободряюще улыбнувшись хмурому Хакану, пошёл к выходу из вагона.

Едва ступил на перрон, поморщился от поднявшегося и крика и невольно прикрыл глаза от вспышек десяток фотокамер.

Всех интересовал только один вопрос: правда ли, что оборотни больше не одичают.

И мой ответ был краток: «да».

— Да, — повторил я, отвечая на тот же вопрос стоя уже перед императором, спустя несколько часов, которые заняло путешествие через бушующую столицу. — Оборотни более не опасны.

Темноволосый эльф в светлом дорогом костюме хмурил брови. Некоторое время он обдумывал услышанное, а потом обвёл взглядом советников, стоящих справа и слева от его трона. На миг показалось, они общаются мысленно, хотя я знал, что это не так.

— Касательно инцидента в Орбег-Айс, — император сразу перешёл к главному. — Ты утверждаешь, что они не опасны, но у нас есть тысячи обращений и жалоб три четверти из которых сопровождаются медицинскими справками, фиксирующими повреждения. Это по-твоему «не опасны»?

— Не более, чем люди и эльфы. Скажите, велось ли расследование о причинах нанесения травм? Смею предположить — это было результатом того, что их пытались принудить к ношению ошейников.