Читаем Рыцари веры полностью

- В Сен-Жермен. Слушай хорошенько, брат, потому что, повторяю тебе, дело очень серьезно.

- Хорошо, хорошо, не нужно предисловий, признаюсь, они меня очень пугают.

- Изволь, я скажу коротко. Весьма важно, чтобы отец Жозеф получил письмо, которое я напишу, до пяти часов. Это письмо будет заключать в себе важную государственную тайну. Не забудь, что, исполнив это поручение, ты можешь получить богатство.

- Ладно! - согласился он с недовольным видом.- Сколько раз бегаешь за богатством, а его все не поймать.

- Сейчас верь тому, что я говорю, Жак; от тебя будет зависеть его схватить.

- Хорошо, увидим.

- Иди покупай лошадь и, главное, возвращайся скорее.

- Ты больше ничего не хочешь мне сказать?

- Нет. Я напишу письмо, пока тебя не будет дома.

- Увы! Мне было так хорошо.

Он встал, взял свой плащ и вышел, но сейчас же вернулся.

- Мне вспомнилось,- сказал он,- для покупки лошади нужны деньги.

- Разумеется.

- А у меня их нет.

- Это правда, я и забыла, прости меня, добрый Жак. Боже мой! Как я рассеянна!

Открыв шкатулку, она достала сверток золотых и подала брату.

- Вот, возьми.

- Что это?

- Двойные пистоли.

- Сколько?

- Сто.

- О! Тогда…

Он горделиво вышел, напевая вполголоса куплет какой-то гривуазной ³⁸ песенки.

Двадцать минут спустя граф де Сент-Ирем входил, высоко подняв голову и звеня шпорами, в дом Дубль-Эпе.

Хозяин очень кстати был дома.

- Эй ты! - крикнул граф, обращаясь к слуге.- Поди скажи хозяину, что граф де Сент-Ирем делает ему честь своим посещением.

Слуга почтительно поклонился и исчез.

Почти в ту же секунду явился Дубль-Эпе.

- Друг мой,-сказал ему граф,- мне говорили, что у вас есть лошадь на продажу, серая в яблоках.

- Да, есть, господин граф. Султан, испанский жеребец трех лег. Желаете вы его видеть?

- Я его знаю, мне хотелось только спросить…

- К вашим услугам, ваше сиятельство. Не угодно ли вам попробовать славного испанского вина?

- Ничего не имею против, мой милый. Дела делаются глаже и лучше, когда их поливают. Только я должен сознаться, что предпочитаю португальские вина.

- У меня есть и португальские, ваше сиятельство; один херес де ла Фронтера, который я был бы счастлив вам предложить как знатоку; я уверен, что вы останетесь нм довольны.

- Вот как! Херес - отличное вино. Посмотрим его, попробуем!

Дубль-Эпе сделал знак; слуга побежал и через минуту вернулся с тремя запыленными бутылками и двумя хрустальными стаканами, поставил все это на стол и вышел из комнаты.

Хозяин и посетитель уселись за стол друг против друга.

- Гм! гм! Прекрасное вино, метр Дубль-Эпе. Я всегда говорил, что у вас лучшее вино во всем Париже.

- О! Ваше сиятельство льстит мне…

- Нет, черт возьми! Я говорю истинную правду. Ну, поговорим теперь о нашем испанском жеребце. Во-первых, хороший ли он скакун? Предупреждаю вас, что мне нужен именно такой. Понимаете?

- Отлично понимаю, ваше сиятельство. Я продаю эту лошадь с полным ручательством.

- Это отлично, честное слово!

- Мы знаем, с кем имеем дело, ваше сиятельство!

- Очень хорошо. За ваше здоровье!

- И за ваше, господин граф. Итак, вам нужно хорошего, надежного скакуна. Я думаю, моя лошадь подходит, именно к вашим условиям. Она пробежит не менее пяти лье в час и может скакать шесть часов без малейшего признака испарины.

- Ах, знаете, вы говорите мне прелестную вещь! Удивительно, как в этих бутылках мало вина!

- О граф, их можно заменить другими.- И он откупорил еще одну бутылку.

- Ваша лошадь мне нравится все больше и больше; если только сойдемся в цене, я ее покупаю. Но предупреждаю вас, я ее испытаю через какой-нибудь час; мне как раз нужно попасть скорее в Сен-Жермен, чтобы быть там до пяти часов.

- А! - заметил Дубль-Эпе, нахмурив брови.- Вы совсем не пьете, господин.

- Ваше вино превосходно, но оно слишком горячит.

- Это правда, но вам, я думаю, не в диковину крепкие вина.

- Да, могу согласиться.

- Итак, вы едете в Сен-Жермен?

- Да,- сказал Жак, закручивая усы,- я очень хорошо принят при дворе; у меня есть очень важное послание к монсеньору епископу Люсонскому.

- Вы должны торопиться?

- Да, дело очень спешное.

- В таком случае, граф, возьмите мою лошадь, я отдам ее вам за сто двадцать пистолей; вы знаете, разумеется, что лошади привыкают к известным седлам и мундштукам; я вам отдам ее со всеми принадлежностями за сто шестьдесят пистолей. Согласны?

- Я не люблю торговаться, соглашайтесь за сто пятьдесят, и дело в шляпе.

- У меня не хватает смелости вам отказать; идет, за сто пятьдесят, но за наличные.

- Pardieul Я иначе и не покупаю.

- Пока будут седлать лошадь, мы допьем эту бутылку вина, которое вам, видимо, очень нравится. С вашего позволения, пойду распорядиться.

- Хорошо, а я пока отсчитаю деньги.

- Отлично.

Дупль-Эпе вышел из комнаты.

Отдав приказ седлать лошадь, он вошел в свой маленький стеклянный кабинет, живо написал несколько слов на листе бумаги, сложил его и постучал в стену.

В ту же минуту перед ним очутился какой-то человек.

Дубль-Эпе отдал ему записку.

- Неси сейчас же капитану Ватану. Ты его найдешь на улице Тикетон в гостинице «Шер-Ликорн» с графом дю Люком и Клер-де-Люнем. Беги, Бонкорбо, даю тебе десять минут.