– А еще, в отличие от тебя, у меня не было выбора: принимать участие в этой войне или нет. По многим причинам я обязан принять в ней участие. Извини, я не могу все тебе рассказать.

– Это ничего, – серьезно ответил Артер. – Мы ведь еще слишком плохо знаем друг друга. Трудно сейчас ожидать откровенности. Я ведь тоже не все рассказал.

Нет, все-таки этот человек уникален. Я знаком с ним не более часа, а уже чувствую себя так, словно знаю его год.

– Это пройдет, – улыбнулся я. – Думаю, вскоре мы узнаем друг друга поближе.

– Это верно, – улыбнулся в ответ Артер.

– Тогда давай до завтра. Все-таки мне надо быть со своими. Мы ведь и в самом деле еще не устроились.

Артер понимающе кивнул.

– Конечно. Я же понимаю, что сейчас у тебя много хлопот. Да еще полковник… Ух, жуть.

– Что? – Я удивленно обернулся. – Почему жуть?

– А разве не так? Как он тебя встретил?

– У-у!

– Вот именно.

– Но почему тогда ты не записался в другой полк? Ведь, насколько я знаю, здесь формируется еще один.

Губы Артера упрямо сжались, и на лоб легла складка.

– Я не бегаю от трудностей. Так никогда ничего не добьешься. Ты же ведь тоже остался здесь, а не отправился искать другой полк.

Я не отправился искать другой полк по другой причине. Просто я знал, что этот полковник ничего мне не сделает. А вот хватило бы у меня смелости остаться здесь, если бы я, так же как и Артер, был самым обычным человеком? Не имея за спиной ни Мервина, ни короля Отто, ни Ратобора, ни драконов, ни своего искусства рыцаря Ордена? Вряд ли. И тем большего уважения заслуживал Артер. Уходя, я все еще ощущал на себе взгляд своего нового знакомого.

Глава 7

На следующий день я обнаружил, что вымпел, вывешенный у палатки господина полковник, исчез. Ага, значит, полк сформирован полностью и больше новичков здесь уже не появится. Вообще армия Тевтонии представляла собой уникальное явление. Ни одному государству армия не обходилась так дешево, как Тевтонии, и у очень немногих она была более боеспособной, чем у Тевтонии. Но все же за дешевизну приходилось платить.

Армия набиралась довольно просто: когда король объявлял войну, то все бароны со своими отрядами отправлялись к месту сбора. Там их уже ждали полковники. Полковник ставил шатер, поднимал вымпел. Каждый вновь прибывший барон отыскивал вымпел того человека, под командованием которого желал служить, и записывался с отрядом в этот полк. Когда численность полка достигала двух тысяч человек, вымпел убирался, что означало, что полк сформирован. Полковниками, как правило, назначались те, кто служил в гвардии короля, или бароны, произведенные в этот чин за заслуги, таких в армии было большинство. Естественно, что если полковник дурак, что выяснялось после первой же кампании, то в следующий раз он мог остаться без полка. Подобная угроза быстро очищала армию Тевтонии от дураков. Полковники, те же бароны, в мирное время приобретали гигантский опыт в бесконечных стычках друг с другом. Поэтому среднее звено командования в армии Тевтонии всегда отличалось высоким профессионализмом. К тому же расходы на содержание этой армии ложились целиком на баронов, сам король платил только за свою гвардию, численность которой была больше, чем отряд любого барона.

Однако у этой армии имелись и существенные недостатки. Бароны, даже самые могущественные, никогда не собрали под своими знаменами больше пятисот-шестисот человек. Именно поэтому полки Тевтонии по численности самые маленькие, в сравнении с остальными армиями. Просто здесь нет опытных людей, способных управлять большими массами солдат. К тому же только что сформированный полк не был полностью боеспособен. Требовалось некоторое время, чтобы люди притерлись друг к другу. Когда же эти полки сливались в армию, то здесь проблем возникало еще больше. Хотя профессионализм среднего звена командования в большей части компенсировал эти организационные недостатки, но только до тех пор, пока они сражались на своей территории и с армией, на которой правители предпочитали экономить в мирное время.

Но, например, с Китежской армией тевтонской воевать очень трудно, по той причине, что там полки уже полностью сформированы в мирное время и по первому приказу, без сборов и подготовки, они способны сразу выйти из своих лагерей и с ходу вступить в бой. Если же эти полки соединялись в армию, то сразу появлялась боеспособная сила, поскольку уже в мирное время вся система взаимодействий и связи очень четко отработывалась. Впрочем, в мелких стычках все эти недостатки тевтонской армии просто не успевали проявляться.