Читаем Рыцарь Ордена полностью

Буефар двинул коня и выехал вперед, Рон замыкал шествие. Я отдал ему оба своих легких арбалета, что бы было чем отбиться в случае чего. Степняки были полностью поглощены атакой и не заметили нашего приближения. Впрочем, нам было грех жаловаться на то, что они не выставили дозоров. Никто из нас не ожидал, что удастся подойти так близко, поэтому Буефар переменил план атаки.

– Всем спешиться и приготовить луки.

Я быстро оценил все выгоды этого решения. Зачем сразу бросаться в бой, если можно сначала посеять панику? Быстро уложив лошадей на землю и спрятавшись в высокой траве, мы приготовились.

Я натянул лук и замер.

– Давай!

Три лука дружно послали стрелы в кочевников. Три? Я с удивлением обнаружил, что Далила уже накладывает третью стрелу на лук. Но пялиться по сторонам времени не было. Я достал вторую стрелу. Да, как стрелок из лука я уступал не только Буефару, но и Далиле, вот это было самое обидное. В то время как она выпускала три стрелы, я – лишь одну. Но вот начал стрелять Эльвинг, и я понял, кто здесь на самом деле умеет стрелять из лука. Откуда-то справа на кочевников обрушился град стрел. Если бы я не знал, что там только один Эльвинг, то решил бы, что в том месте укрывается целый отряд. От стрел эльфа степняки вылетали из седел один за другим. Я не заметил ни одного промаха с его стороны – все стрелы нашли свои жертвы.

Ободренные неожиданной поддержкой, росичи усилили стрельбу. И вот они уже вскочили на коней и, обнажив мечи, бросились на кочевников.

– Эх, рано, – подосадовал Буефар. – Ну ладно, вперед! Далила, Леонор, Рон, оставайтесь здесь!

Мы с Буефаром вскочили на коней и на полном скаку вломились в самую гущу кочевников. Те явно не понимали, что происходит, и в панике носились по степи в попытках укрыться от летящей смерти. Увеличивая суматоху, мы бросались от одной группы кочевников к другой. Буефар сражался спокойно и умело. Не зря он считался лучшим бойцом Тевтонии. Но любоваться им было некогда – пришла пора и мне поработать мечом. Двое накинулись на меня, решив, что я буду легкой добычей. Я резко рванул коня в сторону, теперь один из них мешает второму, мягко отвожу саблю, обратным движением рубанув своего противника. Тело медленно валится набок, нога застряла в стремени, и испуганный конь галопом поволок его по земле. Второй проскочил мимо и обозленный неудачей с проклятиями стал разворачивать коня. Еще двое присоединяются к нему.

Сейчас я уже более спокойно относился к схватке, чем раньше. Может быть, я, как это говорится, огрубел, хотя сам я так не думал. Просто постепенно до меня дошла одна простая истина: никто из тех, с кем мне довелось сражаться, не испытывал из-за убийства никаких угрызений совести. Закон боя прост: либо убью я, либо меня. Эти кочевники жили за счет грабежей и пленников, которых они уводили в рабство. Если мы проиграем этот бой нас ждет незавидная судьба. И еще не известно, что будет лучше, смерть или рабство. Это было настолько очевидно, что Деррону не требовалось, как обычно, убеждать меня действовать в полную силу. Я просто не считал их за людей, поскольку один раз нам довелось проехать мимо деревни, в которой побывали эти «господа».

Поэтому, глядя на бросившихся на меня всадников, я только недобро усмехнулся, хладнокровно ожидая их приближения.

Но в этот момент я увидел такое, от чего просто пришел в ужас: Далила на своей смирной лошадке бросилась в самое пекло битвы, размахивая невесть где раздобытой саблей. Вот дьявол! Кидаю шеркон в ножны, хватаюсь за ножи. Готовясь к этому путешествию, я приобрел перевязь с десятком метательных ножей. Из нее легко можно было извлечь нож и метнуть его. Ну как чувствовал, что может пригодиться. Увлекшись атакой, Далила совершенно не смотрела по сторонам. Хотя та парочка, что попыталась атаковать ее, тоже грешила таким недостатком. Два моих ножа заставили их пожалеть о невнимательности. Впрочем, теперь этот урок они вряд ли усвоят.

За всем этим я совершенно забыл о троице, атаковавшей меня. Они уже совсем близко, сабли занесены для удара. В растерянности я заметался, не зная, что делать – то ли хвататься за ножи, то ли за шеркон. Расстояние стремительно тает – времени на решение нет. Но тут внезапно скакавший впереди всадник схватился за грудь и вылетел из седла, потом второй… третий. Я облегченно перевел дух. Знаю только одного стрелка, который способен с такой скоростью поразить сразу троих. После боя мне стоит поблагодарить Эльвинга за то, что он в очередной раз спас мою жизнь.

Я оглянулся. Буефара оттеснили в сторону, он бился в окружении целой толпы. Пришпорив коня, я бросился на подмогу Далиле. Но двое кочевников заметили мой маневр и теперь мчались на меня, обходя с двух сторон, пытаясь зажать в клещи. И тут я вспомнил один прием, который мне когда-то показывал Деррон. Быстро выхватив из-за пояса два кинжала, я распластался спиной на седле – сабли просвистели надо мной – раскинул руки. Когда я выпрямился, то кинжалов у меня больше не было, а кочевники уносились с моими «подарками» в животах.