Джулиан приблизился к помосту и, остановившись, отвесил низкий учтивый поклон.

— Счастлив видеть вас, леди Фокс.

— Сэр Гриффин, — задумчиво произнесла Сибилла Фокс в ответ, причем ее поза нисколько не изменилась, — вы принесли сюда младенца, очевидно, полагая, что ему самое место в осажденном замке? Смелый шаг!

Глава 3

Леди Сибилла была вооружена изящным кинжалом, прикрепленным к поясу прекрасной золотой цепью, поэтому сохраняла спокойствие. Она была уверена, что в один миг сможет выхватить оружие и метнуть его в мужчину, стоящего перед столом, который был настолько глуп, что появился в ее доме, наивно полагая, что она отпустит его обратно. Одним легким движением руки она пошлет смертельный клинок ему в глаз, и Джулиан Гриффин рухнет на каменный пол, словно фазан с небес, подстреленный на охоте. Затем она прикажет сбросить его тело с крепостной стены в гущу королевских солдат, как символ начала, несомненно, самой страшной осады в истории Англии.

Но он притащил с собой младенца… И это перед началом осады Фолстоу…

Джулиан Гриффин воспринял ее слова с таким видом, словно осуждал сам себя за необдуманный поступок, и виновато опустил голову, покрытую рыжевато-коричневой шевелюрой.

— Люси — моя дочь. Я не расстаюсь с ней никогда и нигде. Надеюсь, вы не возражаете против этого?

— Еще как возражаю, — ответила Сибилла. — Замок Фолстоу — не место для детей, особенно в такую ночь, как эта.

— Я могу лишь попросить прощения за столь излишнюю самоуверенность, — произнес Джулиан, стараясь говорить как можно мягче.

Сибилла прекрасно поняла, что Гриффин старается выставить себя эдаким простачком в ее глазах, и это лишь усилило негодование женщины.

— Итак, что вам угодно, сэр Гриффин?

— Я уверен, вы и так это знаете.

Вздохнув с мрачным видом, Сибилла полностью откинулась на спинку стула и сцепила пальцы на груди.

— Очевидно, вы собираетесь захватить Фолстоу, но, думаю, он не достанется вам столь легко, как вы полагаете. Это мой замок. Мой и моей семьи. И я готова биться за него до последнего.

— Леди Фокс, вы должны понимать, что все последствия такого упорства падут на вашу голову, — заметил Джулиан. — Эдуард требовал вас к себе не меньше шести раз.

— Восьми, — поправила его Сибилла.

— Итак, — продолжал Джулиан, — восемь официальных вызовов в парламент! И это не считая бесчисленных приглашений ко двору для частных аудиенций. Все споры насчет Фолстоу не утихают с момента кончины Мориса Фокса, обстоятельства смерти которого подлежат расследованию.

— Зачем? — Сибилла вызывающе посмотрела на Гриффина. — Моя мать владела замком на законных основаниях еще при покойном отце Эдуарда. Неужели этого недостаточно нынешнему монарху?

— Думаю, и вы, и я согласимся с тем, что методы правления покойного Генри[1] были… Ммм… Скажем так, не совсем совершенны.

Сибилла раздраженно дернула одним плечом.

— Мой отец весьма лояльно относился к Генриху даже в самые бурные и неустойчивые времена его правления. Он боролся вместе с ним против засилья баронов и погиб в бою, сражаясь бок о бок уже с самим Эдуардом. Невзирая на то, кто стоит сейчас у власти — Генрих, Эдуард или кто-то другой, — такая искренняя преданность требует вознаграждения.

— Полностью с вами согласен, миледи, — проговорил Джулиан. — И вполне возможно, все это стоило бы объяснить Эдуарду в личной беседе, когда он вызывал вас к себе. Этим удалось бы избежать затянувшегося противостояния, похожего на бунт.

— Говоря о бунте, сэр, вы несете вздор! — усмехнулась в ответ Сибилла. — Эдуард дал ясно понять, что был готов предъявить моей матери обвинение в измене, а теперь хочет предъявить его и мне — по наследству.

— Если ваша мать была именно такой, как я подозреваю, то Фолстоу вам и не принадлежит, — быстро возразил Джулиан Гриффин, сохраняя спокойствие в голосе. Эти слова неприятно кольнули Сибиллу в сердце. — Обвинение против Амиции Фокс будет вынесено посмертно, а на владения будет наложен арест с последующим изъятием из собственности в пользу Короны. Юридически это похоже на тот случай, когда вор, например, украл чей-то кошелек и перед смертью передал все монеты нищей наследнице. Несмотря на очевидную невиновность ребенка, деньги ей не принадлежат.

Сибилла почувствовала, как гневно запылали ее щеки при взгляде на Джулиана.

— Не считайте меня тупицей, лорд Гриффин, я не нуждаюсь в разъяснениях посредством наивных метафор. Если ваша миссия здесь заключается в том, чтобы взять Фолстоу силой, почему же вы сразу не пошли на штурм? И с какой стати я вынуждена вступать с вами в переговоры, которые все равно ни к чему не приведут?

Брови Джулиана подпрыгнули вверх, и пухлые губы изогнулись в понимающей ухмылке:

— Могу я быть с вами откровенным? Вы пробудили королевский гнев, и монарх желает, чтобы вы предстали перед судом за неоднократное неподчинение законным требованиям. Но прежде всего Эдуард хочет знать правду, леди Сибилла. Да, он хочет правды и послал меня восстановить истину.