— Может быть, пунша, мадам? — осведомился старый слуга.

— Только в том случае, если ты ко мне присоединишься, — ответила Сибилла, потянув на себя невидимую дверь. Приоткрыв ее на четверть, леди Фокс остановилась и прислушалась к донесшимся до нее отзвукам тихих голосов. Она предупредительно подняла вверх левую руку, призывая Грейвза сохранять тишину, и, медленно открыв дверь еще больше, увидела пару теней, беседующих в ночной тьме.

Джулиан Гриффин неторопливо расхаживал по проходу, образованному рядами дощатых столов, и прижимал к груди дочь, держащую пухлыми ручонками его плечо. На одной из скамеек сидела нянька, которая утомленно склонила голову на стол, забыв о шитье, лежащем на коленях.

— Лорд Гриффин, мадам? — спросил из-за плеча Грейвз свистящим шепотом.

Сибилла кивнула в ответ.

— Надеюсь, он не ворует столовые приборы?

Она почувствовала, как губы тронула улыбка, и отрицательно покачала головой.

— Он прогуливается с ребенком, — прошептала она в ответ, чуть обернувшись через плечо. — И нянька с ним, она почти спит.

— Своих комнат у них, что ли, нет? — тихонько проворчал слуга.

По большому счету Сибилле было понятно раздражение Грейвза. Она сама недолюбливала, когда в замке появлялись незваные гости, даже такие важные, как Джулиан Гриффин.

А особенно такие загадочные и действующие этим на нервы.

Он продолжал расхаживать по залу, бормоча что-то дочери тихим спокойным голосом, и Сибилла почувствовала, что не может оторвать от него глаз. Девочка поочередно засовывала кулачки в рот с самым счастливым видом, да и сам Гриффин выглядел совершенно умиротворенным для столь позднего часа.

Было бы столь ужасно, если легенда Фокс-Ринг вдруг оказалась бы правдивой? Сибилле пришло в голову, что вовсе нет. Возможно, Джулиан не мог похвастаться чрезмерным богатством, обилием земель и высоким дворянским титулом. Однако близость к королю и дом в Лондоне делали его весьма уважаемым в обществе человеком, принятым и обласканным королевским двором. Такой мужчина вполне мог составить неплохую партию и членам королевской фамилии. А если все-таки Фокс-Ринг сработал? После того как Джулиан изложит свою позицию королю и Сибилла попросит о снисхождении, почему бы Эдуарду не позволить им заключить брак?

Хотелось бы знать, однако, насколько далеко зашли к ней чувства Джулиана — безо всякой легендарной магии. Ну и что из того, что он фактически признался, что восхищен ее телом? Это значило очень мало. Даже падшим женщинам довольно часто приходится выслушивать подобные признания. Как только она лишится титула, денег и власти, начнется опала. А какой простор для сплетен! Будут закрыты все дороги, а пороги домов благородных семейств перекрыты. О рекомендациях не может быть и речи.

Сибилла продолжала следить глазами за Гриффином, поражаясь, как не устает он ходить, укачивая на руках младенца глубокой ночью, в то время как нянька мирно спит, вместо того чтобы выполнять свои прямые обязанности.

Удивительно, но малышка чувствовала себя превосходно и, казалось, пребывала на вершине блаженства.

— Мы простоим в коридоре всю ночь, мадам? — поинтересовался Грейвз у нахмурившейся Сибиллы.

В это время Джулиан круто развернулся на пятках и повернулся к Сибилле спиной. Ее было хорошо видно в неширокую щель. Затем Гриффин медленно повернулся обратно, и Сибилла, отпрянув в коридор, неслышно захлопнула за собой потайную дверь.

— Знаешь, Грейвз, — задумчиво проговорила она, — давай обойдемся без пунша. Мне кажется, сейчас самое время немного вздремнуть.

Старый слуга кивнул в знак согласия и посмотрел на Сибиллу, недовольно нахмурив брови.

— Что такое? — спросила она, следуя за управляющим.

— Что? — отозвался он, словно эхо.

Не обращая больше внимания на Грейвза, она в одиночестве вернулась в спальню, продолжая думать о Джулиане Гриффине.

Глава 11

Джулиан уставился на дверь в темноте коридора, едва различимую в предутреннем свете. Не разобравшись до конца в коридорных хитросплетениях того крыла замка, где он оказался сам, Джулиан тем не менее пребывал в уверенности, что сможет определить, где находятся покои леди Фокс. Дверь, украшенная замысловатым узором, и черный тяжелый полог указывали, что он не ошибся. Джулиан изучающе провел зажженным канделябром вдоль стены и пробежал пальцами по темным резным пятнам, въевшимся в дерево. Очертания каких-то листьев, длинное лезвие. Похоже, это было стилизованное изображение меча со змеиной головой на конце. В этом таился какой-то тайный символ, смысл которого Гриффину был совершенно непонятен.

Может быть, это какое-то заклинание? Семейный девиз фамилии Фокс? Предупреждающий знак?

Джулиан нахмурился. Предупреждения, даже если он и преследовал сейчас самые благие цели, ему совсем бы не помешали, поскольку умирать раньше времени не входило в его планы. Он требовательно дважды стукнул по двери.

— Можешь войти, — немедленно раздался голос Сибиллы.