Читаем Рыцарь без меча полностью

В живописи Веласкеса многие выдающиеся художники мира даже столетия спустя видели воплощение большой мысли, громадного чувства, великой внутренней работы.

Всегда высоко ценили творчество Веласкеса в России, где оно нашло должное признание среди художников демократических направлений. Критики в своих статьях уделяли разбору произведений великого маэстро немало места, призывая художников наследовать передовым традициям лучших мастеров живописи Европы.

Преклонялся перед Веласкесом И. Е. Репин, называя его произведения «вечными шедеврами». Репин писал, что Веласкес — это «глубина знаний, самобытности, блестящего таланта», что все его творчество окрашено «глубокой страстью к искусству, доходящей до экстаза в каждом его произведении». Художник России ценил в испанском маэстро умение лаконично передавать сущность создаваемого образа. Особенно нравились ему портреты. Когда И. Е. Репин посетил Мадрид, он часы проводил в Прадо, где копировал «Менины».

Виссарион Белинский, которого вообще очень увлекала Испания, эта terra incognita — загадочная земля, — писал, что портретами Веласкеса всегда будет гордиться человечество.

Изучать творчество великого испанца призывал художников России В. В. Стасов. Если ему нужно было отметить мастерство русской художественной школы, то он сравнивал его с мастерством испанцев, ссылаясь на испанские галереи, где в картинах Веласкеса или Мурильо (особенно первого) даны образцы неповторимого мастерства. В статье «Прискорбие эстетики» Стасов безжалостно издевался над теми из критиков, кто преднамеренно забыл имена таких художников, как Рембрандт и Веласкес. Характеризуя их творчество, Стасов с присущей ему выразительностью подчеркивал, что «Рембрандт и Веласкес самые высокие из высоких, великие для мира и бесценные для человечества». Имя Веласкеса он ставит в ряд художников, чьим девизом было изображать правду, чьи полотна стали святыней для последующих поколений. Они показали миру, «как надо писать», задача мастеров настоящего — поднять выше их знамя.

Жалуясь на упадок искусства в Европе, на отсутствие у многих художников искреннего чувства при блестящей технике, Крамской писал в письме Стасову, что «говоря по правде, мы еще только лепечем. Вот старые мастера Веласкес — Рембрандт говорили».

Веласкес был придворным художником, и тем не менее всем содержанием своего творчества он был близок к демократической культуре Испании. Французский художник Поль Гоген признавал, что кисть маэстро была царственно реалистичной. Картины Веласкеса были для Гогена интимным восприятием образа самого художника.

Голландский живописец Ван Гог преклонялся перед Веласкесом за мастерское сочетание тонов, а француз Эдуар Мане ставил его на высочайший из пьедесталов в художественном мире: «Живописцы всех школ, его окружающие, превосходным образом представленные в мадридском музее, по сравнению с ним — чистые рутенеры. Он живописец из живописцев. Он гораздо менее поразил меня, чем восхитил».

Мане восхищался «Пряхами» и «Философами», «Менинами» и портретом Алонсо Кано.

Существует вечная проблема, с которой столкнется всякий, кто захочет и попытается с помощью красок запечатлеть свое ощущение прекрасного. Она в том, как сделать свое полотно достойным прожить века. Вот почему спустя три столетия после Веласкеса другой андалузец — Пабло Пикассо — шел к Веласкесу, чтобы в другую эпоху, в другой обстановке проанализировать принципы построения «Менин». Он создал более 50 полотен на темы этого произведения!

У Веласкеса не перестают учиться.

В своих статьях Пикассо не раз отмечал, за что мы ценим Веласкеса: «…сегодня Веласкес дает нам представление о людях его времени… Мы не можем представить другого Филиппа IV, кроме созданного Веласкесом… художник убеждает нас в том, что его Филипп — подлинный король».

О творчестве Веласкеса написано немало работ — от маленьких очерков до больших исследований. Некоторые страницы его биографии, трактовка некоторых полотен и по сей день остаются спорными. В одном сходятся исследователи. Имя Веласкеса неразрывно связано с реалистическим, гуманистическим направлением в мировом искусстве. Благодаря его произведениям мир получил удивительные образцы живописи, преисполненные глубокого гражданского звучания. Ведь маэстро всей силой своего таланта создавал полотна, в которых отводил главное место ЧЕЛОВЕКУ, лучшему, что создала природа! Нет, недаром на его памятнике эти слова: «ЖИВОПИСЦУ ИСТИНЫ».

Киев — Святогорск — Киев

1960–1965 гг.

Основные даты жизни и деятельности Диего Веласкеса

1599, 6 июня — В испанском городе Севилье в дворянской семье родился Диего Родригес де Сильва Веласкес.

1610–1617 — Учеба Веласкеса у художника Франсиско Эрреры Старшего, а затем в мастерской Франсиско Пачеко, севильского живописца, поэта и теоретика искусства. К этим же годам относятся первые самостоятельные работы Веласкеса времен ученичества.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары