Читаем Рыцарь-Башня (СИ) полностью

Наступившую тишину разорвал пронзительный вопль змеиной королевы. Она поднялась с кресла в несвойственном ей смятении показывала на пленника трясущимся пальцем. Воины смотрели на неё в растерянности, поражённые её видом и не понимая, чего она хочет.

Не успел Крокки приблизиться к голове Сеапсуна, как глазные яблоки чудовища под напором скопившегося в голове горячего воздуха сами выдавились из глазниц. Из глазных отверстий забил дым, который, впрочем, через считанные мгновения иссяк. Крокки ничком лёг на голову издохшего чудовища и просунул руку в глазную дыру. Руку обжёг жар, но она почти тотчас нащупала какой-то холодный, явно чужеродный для внутренностей этой твари предмет. Крокки рывком вытащил его. В свете факелов ослепительно засверкали бриллианты колдовского браслета и вдруг вспыхнули так ярко, что на миг ослепили молодого короля.

Вспышка длилась не больше минуты и погасла. Копьеносцы, оттеснив от барьера публику, выстроились в ряд и подняли копья, намереваясь метнуть их в Крокки. В этот момент раздался пронзительный крик змеиной королевы.

- Стойте! - кричала она. - Замрите, глупцы! Мы не смеем и пальцем тронуть его, иначе мы все, все, все погибнем!...

Глава XIV

Борьба за браслет

Зрители умолкли. Воины с занесёнными копьями застыли над ареной. Королева стояла, с замиранием следя за действиями Крокки. Граэррец, сжимая в руке браслет, сполз с головы чудовища. Бриллианты браслета испускали лучистое пульсирующее сияние. Временами из них вырывались длинные тонкие лучики, и если такой лучик касался тела Крокки, то в этом месте почти мгновенно затягивалась рана. Крокки сразу обратил на это внимание. Он начал нарочно подносить браслет к своим самым болезненным шрамам и волшебная вещь в считанные секунды избавляла его от них.

Кроме того, граэррец ощутил необыкновенный прилив сил. Он торжествующе оглянулся на притихшую толпу. Воины опустили копья и в недоумении переводили взгляды с Крокки на королеву, не зная, что им делать. Швазгаа подняла руку, призывая подданных к спокойствию и молчанию.

Вскоре, однако, и Крокки смутился. Он не знал, как пользоваться браслетом. Глубокая тишина, воцарившаяся среди Змей, действовала на него угнетающе. Он надел браслет на правую руку, подошёл к высокому борту арены и попробовал взобраться на него. Попытка закончилась неудачей.

- Спустите ему лестницу, - раздался в тишине вкрадчивый голос Швазгаа.

Деревянная лестница ткнулась в окровавленный пол арены. Крокки поднялся по ней, не сводя глаз со змеиных воинов и готовый в любой момент увернуться от предательского удара. Но Змеи шарахались от него, как от зачумленного. В их толпе образовался живой коридор, в конце которого стояла Швазгаа. Девочки к этому времени успели перевариться в её желудке, и фигура королевы обрела присущую ей стройность. Она устремила на Крокки взгляд, полный неги. Завораживающая улыбка озарила её лицо, навстречу пленнику протянулись её руки.

- Крокки, я ждала тебя много лет, - сказала она медоточивым, льющимся прямо в душу голосом. - Ты явился мне однажды во сне... Видение было настолько ясным, что я поняла: ты - тот мужчина, который мне нужен... Страсть, безумная страсть овладела мной, все мои мечты, помыслы, чувства были направлены на то, чтобы соединиться с тобой, назвать тебя своим, прижаться к тебе, напиться ароматом твоих губ...

Крокки перестал понимать смысл её слов, звучала только колдовская музыка её голоса, полная неземного очарования. Она обволакивала душу, манила, усыпляла, звала...

Огни померкли и всё пространство перед молодым королем сосредоточилось только в этом бледном лице и пронзительных, завораживающих глазах...

Его сознание словно окутал туман. Померкли все звуки и образы, лишь виден был, как сквозь завесу, бледный овал лица змеиной королевы.

Туманная пелена ещё не рассеялась, когда Крокки начал чувствовать смутное удивление. Его ноги двигались. Он шёл. Но куда? Внезапно он понял, что поднимается по лестнице. Это была знакомая ему лестница Бронзового Замка, ведущая в королевские покои. Перед ним, пятясь и не сводя с него больших жёлтых глаз, шла обольстительная колдунья. Она вела его за собой словно на невидимой нити.

Все другие Змеи по приказу королевы скрылись с их пути. Сила воли Крокки была парализована. В эти минуты он не владел собой. Он даже забыл о колдовском браслете, сверкавшем на его запястье.

Швазгаа поднялась по лестнице и, по-прежнему не сводя с Крокки глаз, направилась по анфиладе роскошно убранных комнат. Двери чудесным образом раскрывались, когда она приближалась к ним. В последней, самой дальней комнате, куда они вошли, горел у стены факел и стояло широкое ложе. Из распахнутых окон струился звёздный свет, соперничая с колеблющимся факельным светом.