Читаем Рыцарь – 2 полностью

Лютая Бровь полностью оправдывал свое имя, нет страшным лицом он не пугал, вполне себе стандартная среднестатистическая внешность, а вот его взгляд водянистых глаз, пугал. Иногда он взглянет на тебя, резко, неожиданно, будто еще мгновения и лишит тебя жизни, по спине пробегает табун мурашек, а на лице, поступает холодный пот дикого страха, не знаю как другие, но меня прошибает страшно.

Но все равно, нужно упросить его дать несколько уроков. Я чувствовал, что мой стиль битвы, слишком прямолинеен, и в этом моя слабость против мало-мальски сильных врагов. Нужно, что-то еще, нужен опыт боев с сильным противником, нужно совершенствоваться, расти над собой. Система, конечно, предоставила мне навык мастер боя, но этот как костыли, с которых мне уже давно следовало слезть.

Второй нанятый мной боец, был полным антиподом убийцы. Относительно дешевый, всего пятнадцать зеленых сфер, громкий, заметный, любитель привлечь к себе внимание, и самый душный тип, которого я встречал в жизни, он был буквально всюду со своими нравоучениями и историями. Достать всех он смог рекордно быстрое время, чем оправдывал вложенные в него средства.

Карточка персонажа. 

Имя Сер Гориксон де Моркал, рыцарь ордена Длани Справедливости.

Класс – боец.

Тип – необычный.

Коэффициент сил 4.5. 

Положительные стороны, – опытный ветеран ордена, прошел в жизни через все передряги.  

Отрицательные стороны, – умелый рассказчик о подвигах своей юности, любит драться в тавернах.

Грязный седобородый дядька с бритой головой, закованный в массивные доспехи и тяжелой булавой в качестве основного оружия. Вроде бы был хорошим человеком, он помогал, всем кому мог, с первых моментов как я его призвал, но уже через несколько часов, желающих воспользоваться помощью этого, веселого добродушного дядьки не было. Только Григорьевич, мог с ним относительно долго разговаривать, но он почти послом, ему по должности положено.

Я планировал взять себе оруженосца, так как ни один способ личного усиления упускать не стоит. Но единственный достойный рекрут в лице Александра не подходил. После трех дней проведенный в закрытой пещере, он переродился в новое, более совершенное существо, и отныне человеческая раса для него была не более чем деликатесом. Да Санек стал банальным вампиром, чертов кровосос, спутал мне все карты, и где мне теперь толкового оруженосца искать?

Сейчас фельдшер проходил адаптацию под патронажем Сэра Гориксона, рыцарь ордена, оказался настоящим знатоком различной нечисти, он сразу заявил, что этот молодой парнишка стал чистым вампиром. Он почти не боялся солнца, бледноватая кожа от его лучей лишь слегка краснела, стал гораздо сильнее и быстрее обычного человека и сменил диету, теперь только кровь. Но благодаря тому, что он был чистым, жажда не туманила ему разум, он ее полностью контролировал.

Увы, но Александр отказался становиться оруженосцем, заявив, что для него, только начинается новая жизнь. У него сильно изменился характер, и теперь он не рвался обратно на землю, понимая, что у него там есть все шансы, стать красивой подопытной свинкой, и возвращаться на землю он пока не планировал.

Продумывая различные варианты, я пришел к выводу что придется рискнуть, все же, по сути, создание личного оруженосца, это неизведанная для меня механика, для которой подойдет любой доброволец, и у меня такой был!

Череда дней мелькала незаметно, работы было много, и мы ее успешно побеждали. Обезопасили территорию вокруг замка, возвели небольшую каменную стену вокруг останков донжона, с большой натяжкой, это, уже можно было назвать замком, маленьким, полуразрушенным, но замком. Набили дичи, крестьяне сделали запасы провианта, зачистили еще две пещеры от залетных племен гоблинов.

Все это растянулась на три недели, возвращаясь с последней охоты, я уже знал, что сегодня вернусь на землю. Я чувствовал себя достаточно уверенно, плюс тренировки с Маангривом, заставили меня смотреть на мир чуть более реалистично. Все же классный он мужик, пусть на нем и висит трупов больше, чем на моей голове волос, но его опыт и знания феноменальны, и он с радостью им делился, пока имел для этого подходящее настроение.