Читаем Рузвельт полностью

Одна рука Артура все еще держала мое запястье, а другая поднялась к шее. Длинные пальцы нырнули под горлышко моей кофты и проворно припустили его на пару дюймов вниз с той самой стороны, где находился…«синяк».

Это не совпадение. Он в точности знал, что и где ему нужно искать. Наличие у меня засоса его даже не удивило.

Подушечки пальцев нежно очертили края фиолетовых следов на коже, и каким-то непостижимым образом улыбка на лице Артура стала еще больше.

— Кажется, я перестарался. Прости. — без тени сожаления в голосе сообщил он.

Его руки не покидали моей шеи, большой палец массировал чувствительное место за ухом. Я и двух слов связать не могла, не то что бы подловить Даунтауна на лжи о том, что он действительно сожалеет.

Артур нисколько не драматизировал по поводу моих засосов. Даже больше — кажется, он склонил голову, чтобы оставить еще один.

Во мне тогда остались только жалкие крохи от того разумного существа, которым мне по рождению суждено было быть. Скорее всего, Артур стирает свои рубашки в каких-то наркотических препаратах, потому что у меня было чувство передозировки. Через секунду я начну метаться на полу с пеной у рта. Ну а пока придется позволить Даунтауну делать со мной все, что ему вздумается.

Теплые губы раскалили кожу, словно клеймо.

— Боже, Тэдди, — он потерся об меня носом.

От удовольствия я прикрыла глаза. Хотела бы я хоть на секунду задуматься о том, что мы творим, но почему-то… не смогла.

Мое состояние было плачевным. Я словно ехала в вагоне метро, который не оборудован кондиционером и задыхалась. Задыхалась.

От приобретения нового засоса меня спас пронесшийся мимо нас один из дружков Адама. Испугав меня досмерти, он с грохотом вломился в мужской туалет.

Я отскочила от Артура, успев заметить его разочарованное выражение лица. Он устало привалился к стенке позади себя. Обретя возможность двигаться, я сделала то же самое.

Мы стояли друг напротив друга под звуки рвоты из туалетной кабинки. Я лихорадочно натягивала горлышко водолазки чуть ли не до самого подбородка, а Артур загадочно улыбался.

Словно какофония мерзких запахов и звуков, которые нас окружали, нисколько его не смущала.

Я пыталась придумать, как управиться с конечностями. Всковырнула пальцем отваливавшуюся плитку на стене. Почесала нос, завязала потуже узел фартука.

— Пошли на свидание. — ни с того ни с сего заявил Артур.

Я моргнула.

— С кем?

— Со мной, конечно же.

— Нет.

— Нет?

— Я не хожу на свидания, забыл? У меня детская моральная травма, отцы-геи, сестра-лесбиянка и пятнадцатилетний брат-шалопай, который прячет повсюду заначки с гашишем. С таким багажом мне уготовано только умереть в одиночестве.

— Именно поэтому ты должна отчаянно хвататься за любую возможность, которую тебе подбрасывает жизнь. Сходи на свидание, Тэдди. Со мной.

— Нет. — упрямилась я.

Он оттолкнулся от стены, чтобы подойти ко мне, но я предупредительно вытянула перед собой руки.

— Это не шутки, Даунтаун. Мы можем играть в «Вопрос-ответ», но все остальные игры для нас под запретом. У меня нет желания демонстрировать перед тобой полное отсутствие всяких манер и незнание этикета и опозориться перед тобой еще больше, чем уже есть. Давай оставим все как есть, ладно?

Артур улыбнулся улыбкой психопата. Словно сейчас подвесит меня на крюк и разделает, как свиную тушку.

— Прости, Тэдди.

Я вся напряглась, когда он окинул меня взглядом с головы до ног. В следующий момент он снова оказался неимоверноблизко. А я тем временем — сплошная пульсирующая кабельно-сосудистая система огромной бомбы. До взрыва — секунды, и я трачу их здесь, с Артуром.

Шепчущие губы склонились к моему уху.

— Боюсь, что «как есть» ничего уже не останется.

Он заправил мне за ухо торчащий в сторону локон, и тот покорно остался лежать там. Что за чертовщина?! Обычно с этими мелкими волосинками на подобие младенческих кудряшек не способно справиться ни одно косметическое средство на свете.

— Но почему? — спросила я.

Его взгляд стал жестче. Рука вместо легкого поглаживания зарылась в волосы у меня на затылке, привлекая к себе.

— Потому что я не хочу, чтобы кто-то еще касался тебя. Так же, как и ты не хочешь, чтобы кто-то касался меня. Не знаю, как ты, Тэдди, а я устал от игр.

— Я…

У меня не было слов. Он загнал меня в тупик. Официально.

— И кстати, я тебя заметил. Когда ты кормила кошек. — усмехнулся он. — Я всегда вижу тебя, Тэдди. И каким-то невероятным образом мне с каждым разом все больше нравится то, на что я смотрю.

Затем Артур ушёл, а я осталась восстанавливать дыхание и слушать, как в кабинке мужского туалета за стеной наизнанку выворачивается чей-то желудок, и мистер Обернатти у столика за углом кашляет так, что скоро выплюнет на пол кусочек своих бронхов.

И чертова картонная Ким Кардашьян все так и стоит со своими холодными закусками у входа, все ожидая когда на Рави подадут в суд за нарушение авторских прав.

. .