Он сделал дозвон на свой сотовый и вернул мне мобильник.

— Я тебе позвоню, — заверил он.

— Спорим, ты всем так говоришь после ужина? — пошутила я.

— Нет, Тэдди, — сказал он серьезным тоном. — Не всем.

Затем он подошел ближе, шурша пакетом с едой, и наклонился к моему лицу. Его рука легла на заднюю поверхность моей шеи, а большим пальцем он касался шрама, нежно проводя по нему круговыми движениями. От этих махинаций все тело у меня пробил озноб.

Судя по всему, я раскраснелась как огородная редиска, потому что Артур усмехнулся напротив моего лица, а я в смущении даже не смогла отвернуться.

Решив добить меня окончательно, он сжал руку на шее сильнее и прижался губами к моей щеке, задержавшись там на несколько секунд. А затем поцеловал другую.

Кажется, я почувствовала кончик его языка.

Боже.

Если бы мы были в фильме про Лиззи Магуайер, мультяшная версия меня уже шаталась бы по округе и орала во всю глотку.

Артур отстранился, но не убрал руку с шеи, пока мой мозг падал ниц под атакой целого роя провокационных мыслей.

— Европейские з-замашки? — с трудом проговорила я, делая глубокий вдох.

— Нет, — с близкого расстояния его клыки казались еще более идеальными. — Просто мои замашки.

Таксист, заблудившийся в трех соснах, перепутал все на свете и остановился у соседнего дома, поэтому Артур, помахав мне рукой на прощание, добежал до водителя, сел в машину и уехал.

Наивный Даунтаун. Он даже не понял, в какие проблемы умудрился ввязаться. Моя семейка похожа на гангрену — она вместе с конечностями заберет его внутренние органы, душу и медицинскую страховку.

Ему предстоит многое потерять в этом доме.

А начать можно, к примеру, с «Ролексов», все еще мирно покоящихся в моем заднем кармане, которые он даже не потрудился вернуть обратно.

Примечания к главе:

(*) «Мания величия» — французская кинокомедия 1971 года, снятая по мотивам пьесы Виктора Гюго «Рюи Блаз»

(*) «Tu es magnifique» (с франц.) — «Ты прекрасна»

(*) «Stand by Me»(«Останься со мной») — одна из самых известных ритм-энд-блюзовыхпесен XX века, написанная Беном Кингом в 1960 году.

(*) «ОКР» (обсессивно-компульсивное расстройство) — психическое расстройство.

Глава 7

Я все чаще просыпаюсь с мыслями о том, что возможность иметь под рукой армию миньонов или умпа-лумпов разом решила бы все мои насущные проблемы. Всего-то и нужно расчистить им чулан и парочку полок в шкафу, чтобы обеспечить местом жительства, а они взамен мыли бы посуду, чистили зеркала, чинили слетевшую с велосипеда цепь и расталкивали по утрам мое недееспособное тело.

Мечты, мечты. В размышлениях на тему несправедливостей жизни я уже тяну на докторскую степень. Как будто только мне известно, что ни Грю, ни Вилли Вонка, ни даже Белоснежка, которой птички по утрам готовят яблочные пироги, не знают, какого это — справляться со всем в этом мире самостоятельно.

А еще — вставать по утрам под долбящие треки Кендрика Ламара.

— Джулиан! — я стучала кулаком по тонкой стене, смежной между нашими комнатами. — Я убью тебя! И съем все твои колонки на завтрак!

Братец, естественно, не внял моим угрозам. Просыпаться с утра пораньше под его надоедливую музычку даже в свои немногочисленные выходные было той еще пыткой. Предварительно повалявшись еще несколько блаженных минут лицом в подушку под саундреки «Черной пантеры», я, кряхтя как пожилая старушка, все же выбралась из кровати.

После трех тяжелых смен подряд кости у меня ломило так, словно по мне проехался мустанг. Разминая шею и плечи, я спустилась на кухню, где Чарли в своих очках для чтения уже перелистывал страницы утренней газеты.

— Доброе утро, солнышко, — улыбнулся он, не отрываясь от статьи.

Приобняв отца за плечи, я прошлась по заголовкам на развороте:

— Найденный осколок метеорита и перестрелка в соседнем районе? — удивленно приподняла бровь я.

— Да уж, сегодня одна скукотища. — пожал плечами он.

В силу некоторых обстоятельств Чарли стал заложником этой кухни. Год назад здоровье у него серьезно подкосилось, и он загремел в больницу. Работать на заводе стало уже невозможно. Сейчас он в основном подрабатывал в шиномонтаже или время от времени перебивался какой-то случайной халтурой на стороне.

Тяжко вздохнув над раковиной, полной грязной посуды, я потянулась к дверце верхнего шкавчика, чтобы достать упаковку растворимого кофе. Напиток дьявола, к которому меня приучила Мэгги.

Еще год назад Маргарет и Китти жили вместе с нами, пока не стало слишком тесно. Перед уходом на работу утром сестра готовила завтрак и варила кофе. Теперь вся эта рутина по наследству перешла ко мне.

Я заливала кипяток нам с Чарли в чашки, когда позади меня вниз по перилам скатился Джулиан.