Миссия потерпела неудачу, и посольству пришлось возвратиться в Петербург с известием о разрыве дипломатических отношений с Турцией. Неизбежность войны уже нельзя было предотвратить. На том же пароходе «Громоносец» посольство в мае 1853 года покинуло берега Босфора. Специалисты считают, что, помимо вмешательства французов и англичан, провалу переговоров способствовала некомпетентность посла Меншикова. Его обвиняли в нарушении дипломатического этикета. К примеру, на аудиенцию к султану он явился не в мундире, а в цивильном платье, ошибкой признается также и то, что он проигнорировал официальные визиты к членам турецкого правительства и другим влиятельным лицам Оттоманской Порты.

Почти сразу после известия о разрыве дипломатических отношений с Турцией, Корнилов приказал заблаговременно готовить Черноморский флот к военным действиям, еще задолго до официального объявления войны в ноябре 1853 года. В Севастополе укреплялись и строились новые оборонительные фортификации, началась переброска русских войск к берегам Кавказа.

В Крымской войне Россия потерпела поражение. В марте 1856 года был подписан Парижский мирный договор, по которому Россия согласилась на нейтрализацию Черного моря с запрещением иметь там военный флот и базы, уступала Турции южную часть Бессарабии, обязалась не возводить укреплений на Аландских островах и признавала протекторат великих держав над Молдавией, Валахией и Сербией…

Россия потеряла немало славных своих сыновей. Утром 5 октября 1854 года во время обстрела Севастополя англо-французской артиллерией был смертельно ранен вице-адмирал Корнилов. Владимир Алексеевич был одним из главных организаторов Севастопольской обороны. В последние дни он часто призывал защитников города: «Будем драться до последнего. Отступать нам некуда; позади нас море, впереди неприятель».

Последними словами Владимира Алексеевича были: «Отстаивайте же Севастополь!..»

Исследователи биографии Корнилова утверждают, что весной 1853 года, задолго до начала войны, Владимир Алексеевич, словно предчувствуя грядущее поражение России, сделал попытку и в обход Меншикова, отправил великому князю генерал-адмиралу Константину Николаевичу донесение, в котором предлагал осуществить прорыв русского флота с десантом в районе Буюк-дере, расположенном на европейском берегу Босфора (где, кстати, находилась и резиденция русского посла в Константинополе, который в случае необходимости мог бы прийти на помощь со всей своей агентурой и верными людьми). Очевидно, Корнилов надеялся, что великий князь Константин Николаевич, которому Константинополь был близок не только в плане военных завоеваний, откликнется на его предложения. Но, похоже, Владимир Алексеевич не получил ответа на свое послание — ни положительного, ни отрицательного. А если бы Константин Николаевич откликнулся на предложение верноподданного русского флотоводца Корнилова, как развернулись бы события Восточной войны? Об этом никому теперь не дано знать…

Смерть султана Абдул-Меджид-хана

Спустя семь лет после окончания Крымской войны, в июне 1861 года, скончался в своем дворце Далма-Бахче, на европейском берегу Босфора, султан Абдул-Меджид-хан. Ему было тридцать восемь лет. Едва великий визирь известил об этом событии, наследник, единственный брат почившего владыки, немедленно отправился в парадном каике через Босфор в старый дворец Топкапу, сел на трон Константина и принял присягу в верности. Его тут же поздравили с восшествием на престол сановники, духовные лица, военные и другие придворные. Туда же привезли, по обычаю, обернутый в дорогие ткани и циновку труп покойного султана и положили его у подножия трона, на котором восседал новый султан.

Символичными при этом действе были слова главы духовенства — шейх-уль-ислама, который указал преемнику на труп и назидательно произнес: «Взгляни, падишах, и помни, чем в свою очередь кончится и твое, и всякое царствование…». Новый султан прослезился от этих слов. После этого труп из циновки переложили в деревянный гроб, тоже обитый и покрытый тканями, и понесли на руках с пением и в сопровождении конвоя по улицам Стамбула до мечети-усыпальницы. К вечеру окончилась вся церемония похорон, и уличные глашатаи возвестили жителей Константинополя, что «волею Божиею султан Абдул-Meджид-хан отошел в вечность, и наследовал ему брат его султан Абдул-Азис-хан, коего жизнь да хранит Аллах на многия лета!..».