Читаем Русский смысл полностью

История тысячелетнего Рима – это история язычества. Государственной религией сделал христианство в Риме император Феодосий в 380 году, а он был последним настоящим римским императором. Имперский Рим пал именно тогда, когда стал христианским. И вот теперь попытайтесь объяснить, почему для Москвы так важно вести свою родословную от языческого Рима?

Впервые пророчество о Москве, как о третьем Риме было произнесено иноком Филофеем, старцем Псковской Елизарьевской пустыни в царствование Василия Иоанновича, отца Ивана Грозного: «Два убо Рима падоша, а третий стоит, а четвертому не быти». Откровенно говоря, имя инока Филофея и в истории осталось только потому, что он изрек удачный афоризм, который всем понравился. Ни чего не известно о том, что вышеозначенный инок обладал высоким духовным авторитетом и был наделен даром пророчества, он во всяком случае не был канонизирован. Если бы это сказал прп Сергий Радонежский, стоило бы прислушаться, а мало ли что брякнет безвестный инок? Но в лесть так хочется верить, что не возникает желания воспринимать её критически. Ни кто не спросил у Филофея: «А ты, старче, что собственно имел ввиду и как можешь обосновать своё смелое заявление? Не мог бы ты это объяснить подробнее?» Ну, может быть, и были такие вопрошания, но следа в истории они не оставили, остался только красивый и беспочвенный афоризм, так что теперь остается лишь гадать, что имел ввиду Филофей. Его логика была, видимо, такова: поскольку Москва (Русь) приняла веру от Константинополя, а он есть Рим второй, то Москва соответственно – третий. Этим умозаключением наш инок доказал, что умеет считать до трех, но отнюдь не продемонстрировал способности отличать факты политические от фактов духовных. Но кто тогда стал бы копаться в таких тонкостях?

А в 1589 году в соборной уставной грамоте, узаконившей патриаршевство на Руси, всему миру было объявлено, что «ветхий Рим пал от ереси», что «новый Рим», Константинополь, порабощен безбожными агарянами, и что потому третий Рим есть Москва. Так красивый афоризм получил значение государственной теории.

Здесь у третьеримской идеи появляется смысл, наличие которого совсем не учитывают современные имперцы. Под «Римом» понимается не центр империи, а папский престол – «ветхий Рим пал от ереси». Римская империя окончательно прекратила своё существование в V веке, и не «от ереси», а под натиском германских племен. А в XI веке римские епископы утратили «первенство чести» в православном мире, и это действительно «от ереси». Между этими двумя фактами – 600 лет, и они ни как не связаны друг с другом. Который из этих фактов мы имеем ввиду, когда говорим о падении Рима? Мы говорим об истории империй или об истории поместных церквей? Если третьеримская теория была выводом из церковной истории, тогда зачем было говорить, что второй Рим пал, поверженный «безбожными агарянами»? Тут пала именно империя, а Константинопольская церковь ни куда не делась и чувствовала себя под османами гораздо лучше, чем Церковь в СССР. В этой древней теории такая каша, на которой ни чего порядочного не основать. Но ведь основали же. Как?

Наши цари понимали мысль насчет третьего Рима очень буквально, в смысле династической преемственности. Иван Грозный прямо говорил: «Мы ведем род от Августа кесаря». Это не были случайные слова, и в грамоте об избрании Михаила Романова упоминается «прекрасноцветущий и пресветлый корень Августа кесаря» от которого производили Рюрика.

Очень жаль, что наши цари позарились на лживую генеалогию, пытаясь утвердить трон на вранье, к тому же очень глупом. От «Августа кесаря» было весьма затруднительно вести свой род, потому что у него не было сына и ему наследовал пасынок – Тиберий, у которого тоже не было сына, и ему наследовал племянник Калигула, которому тоже наследовал отнюдь не сын, а «дядя Клавдий», которому тоже наследовал отнюдь не сын, а пасынок – Нерон. Династия Юлиев была юридической фикцией, к тому же не понятно, что за радость вести свой род от своры кровавых маньяков и извращенцев, происходивших от «пресветлого корня Августа». Что же касается Рюрика, то о нем вообще ни чего не известно, нет возможности выяснить даже кто был его отец, а говорить про его род совершенно бессмысленно.

Наши предки очень плохо знали историю и не отличались латинской логичностью мышления. Предков простим, но поинтересуемся: изменилось ли в этом смысле что-нибудь? Вот очень уважаемый мною митрополит Иоанн (Снычев) пишет: «Первоначально служение принял Рим – столица мира времен первохристианства. Отпав в ересь латинства, он был отстранен от служения, преемственно дарованного православному Константинополю – «второму Риму». Покусившись из-за корыстных политических расчетов на чистоту хранимой веры, согласившись на унию с еретиками-католиками (на Флорентийском соборе 1439 году) Византия утратила дар служения, перешедший к третьему Риму последних времен – к Москве, столице Русского православного царства…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Тильда
Тильда

Мы знаем Диану Арбенину – поэта. Знаем Арбенину – музыканта. За драйвом мы бежим на электрические концерты «Ночных Снайперов»; заполняем залы, где на сцене только она, гитара и микрофон. Настоящее соло. Пронзительное и по-снайперски бескомпромиссное. Настало время узнать Арбенину – прозаика. Это новый, и тоже сольный проект. Пора остаться наедине с артистом, не скованным ни рифмой, ни нотами. Диана Арбенина остается «снайпером» и здесь – ни одного выстрела в молоко. Ее проза хлесткая, жесткая, без экивоков и ханжеских синонимов. Это альтер эго стихов и песен, их другая сторона. Полотно разных жанров и даже литературных стилей: увенчанные заглавной «Тильдой» рассказы разных лет, обнаженные сверх (ли?) меры «пионерские» колонки, публицистические и радийные опыты. «Тильда» – это фрагменты прошлого, отражающие высшую степень владения и жонглирования словом. Но «Тильда» – это еще и предвкушение будущего, которое, как и автор, неудержимо движется вперед. Книга содержит нецензурную брань.

Диана Сергеевна Арбенина , Алек Д'Асти

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы