Читаем Русский смысл полностью

Удивительная тенденция: почти все православно-патриотические мыслители XXI века озабочены конструированием такой концепции, в которую органически монтируется советский период. «Розу белую с черною жабою я хотел на земле повенчать». Смысл этой тенденции вполне понятен: хочется «быть с народом», хочется соответствовать «духу времени». А «дух» этот во многом просоветский. И вот начинается изобретение велосипеда, хотя бы на одном колесе которого было бы написано «сделано в СССР». Но такого велосипеда не может быть, или он будет настолько уродлив, что вы ужаснетесь. «СССР, каким он мог бы стать», исходя из целей, которые ставило перед собой это государство, а так же исходя из анализа тенденций, это страна, в которой ни один человек не верит в Бога. Это главное, всё остальное – детали, и если вам эти детали нравятся, то неужели вы готовы заплатить за развитую социальную сферу всеобщим атеизмом?

Если кто-то хочет быть для всех хорошим, то это, во-первых, не самое достойное желание, а, во-вторых, всё равно ни чего не получится. Были люди, которые убивали за веру в Бога. А были люди, которые умирали за веру в Бога. Невозможно быть сторонником и тех, и других одновременно.

Холмогоров сам объясняет, откуда у него такие синтетические мысли: «…Нация вряд ли когда-нибудь будет готова сконцентрировать энергию прежде всего на … созидании внутреннего человека. Святая Русь … остается уделом духовной элиты. Однако, пафос заселения Небесного Иерусалима не может быть забыт …»

Это недопустимое смешение идеологии и политики. Идеология – это об идеалах, а политика – искусство возможного. Идеология обозначает цели, к которым необходимо стремиться, а политика формулирует ближайшие достижимые задачи. Идеология – о том, что идеально, политика – о том, что реально. Мы не можем коверкать и калечить свои идеалы, только потому что считаем их недостижимыми. Мы не можем укреплять Истину при помощи лжи только потому, что сочли Истину недостаточно воодушевляющей. С точки зрения идеологии не имеет значения то, что Святая Русь не может быть всеобщим идеалом в Российской Федерации. Вечные ценности не перестают быть ценностями от того, что их теперь мало кто разделяет. Идеология не может быть служанкой политики, это политика должна быть служанкой идеологии. Правильно должно быть так: мы определяем свой идеал вне зависимости от того, насколько он достижим, а потом думаем о том, каким должен быть первый шаг, который мы можем сделать в теперь уже известном нам направлении. Не важно, дойдем мы или не дойдем, важно идти туда, куда надо. Если мы договоримся о том, что наш идеал – Святая Русь, то первое, что мы должны сделать – всеми мерами содействовать дальнейшему воцерковлению русского народа. И вот это уже вполне реально. И не надо бояться либеральных и коммунистических протестов и противодействий, потому что боязливые вообще ни куда не идут. И не надо заигрывать с советским прошлым, потому что этим мы разрушаем наш идеал.

Егор Холмогоров напрасно пишет: «Нельзя вернуть Россию к идеалу Святой Руси в том понимании, которое было характерно для XIV века». Даю честное слово, что я не сбежал из XIV века, но мой идеал ровно тот, который был воплощен преподобным Сергием Радонежским. Если я духовно слабже современников прп Сергия, то это означает только то, что я не дойду до той отметки, до которой дошли они, но я всеми силами буду стараться идти в том же направлении. Время не властно над вечными ценностями, потому что Бог неизменен, и во все века Он зовет нас к Себе, и мы должны идти к Нему. А что сверх того – то от лукавого.

В иерархии ценностей православие не может быть ни на каком месте, кроме первого, и все остальные ценности должны определяться, исходя из православия. Если для нас хоть что-то дороже Бога, значит мир внутри нас обрушился.

И вот Егор Холмогоров пишет то, что полностью перечеркивает всё сказанное им о Святой Руси: «Наш ум видит лишь одну идею, которая может сегодня стать возрождающей, оборонительной, реакционной и реваншистской идеей России – это идея нации. Идея нации предполагает, что смысл и оправдание существования страны, народа, государства заключается в них самих и ни в каких внешних оправданиях не нуждается…» «Ни язык, ни религия, ни те или иные культурные особенности … не составляют того отличия, без которого Россия невозможна. Чтобы Россия существовала, достаточно чтобы территорию России населял русский народ, объединенный в русское государство».

Итак, в иерархии ценностей Егора Холмогорова на первом месте стоит идея нации. Религия для него не составляет того отличия, без которого Россия невозможна. Отсюда понятны и его просоветские симпатии, и уверенность в том, что «Святая Русь» – это идеология XIV века, а не русская судьба.