Читаем Русский акцент полностью

– Ну, это ещё надо проверить, на что способны доктора из СССР. Говорят, что у большинства из них дипломы куплены за деньги.

Глаза Ицхака сверкнули злобным огнём и он, сорвавшись на фальцет, гневно выкрикнул в сторону своего зам (а):

– Это тебя в первую очередь надо проверить. Я работаю здесь всего два месяца, однако за это время совсем несложно было обратить внимание, да, в принципе, и внимания не надо было обращать, это просто бросается в глаза. Из ста человек, что работают под твоим началом, пять-шесть человек, действительно, являются специалистами и занимаются делом, ещё столько же крутятся возле них, чтобы чему-то научиться, а остальные, мягко говоря, прохлаждаются, слоняясь из угла в угол.

На совещании повисло гробовое молчание. Все заместители, начальники различных служб и отделов предпочли держать язык на привязи, осознавая, что генеральный директор прав.

– Что же касается русских докторов, у них это почему-то называется кандидаты в науку, – продолжал бушевать Ицхак, – так ведь, на самом деле, это вы все кандидаты уж не знаю во что, а они полноценные специалисты.

Обозванные генеральным «кандидаты», продолжали хранить молчание в важном споре, хотя и спора-то никакого не было, все утвердительно кивали головой в такт резким взмахам рук полковника в отставке, который участвовал в нескольких войнах Израиля. А он, несколько поостыв, уже спокойным голосом сказал:

– Так вот, господа, начальники, я просмотрел личные дела всех наших русских докторов. У каждого из них – огромное количество публикаций в различных научно-технических сборниках и выступлений на многочисленных научных конференциях, семинарах и симпозиумах. В них отражены научные исследования, часть из которых можно и нужно внедрить у нас. Возможно, кто-то скажет, что и это они купили за деньги. Разумеется, нет. Часть статей, переведенных на английский язык, я отдал на рецензию нашим профессорам из Техниона. Все они получили высокую оценку: ими был отмечен высокий профессионализм, научная состоятельность и практическая направленность исследований. Если вы по-прежнему считаете, что и это куплено за деньги, то вам не место в этом кабинете.

Как и следовало ожидать, никто не осмелился покинуть кабинет. Тогда Ицхак Пелед, завершая заседание, заявил:

– Несколько дней назад я беседовал с министром и аргументировано доказал ему, что наш институт получил, дарованный сверху, презент в виде мощного ресурса, которым обладают прибывшие к нам русские доктора. Он отнёсся к этому с пониманием и вот сегодня в ответ на мою просьбу нам утвердили должность главного учёного, о которой мы раньше и мечтать не могли.

Все дружно зааплодировали. Ицхак Пелед, прерывая аплодисменты, продолжил:

– Конечно же, на эту должность следовало назначить одного из русских, например, профессора Эдуарда Гомельского. Но, принимая во внимание, что главный учёный, кроме кропотливой научной работы, должен представлять наш институт во всех организациях и ведомствах нашей страны и в научных сферах за рубежом, что автоматически требует хорошего знания, как иврита, так и английского языка, я счёл необходимым предоставить этот пост доктору Иосифу Шварцу.

По замыслу Ицхака Пелед доктор Шварц должен был составить и координировать программу научных разработок, которые бы перевели инженерную деятельность института на качественно новый уровень. Надо сказать, что ему удалось это сделать. Уже через несколько месяцев на ежегодной конференции Всеизраильского общества геодезистов все русские доктора выступили с докладами по актуальным проблемам современной геодезии.