Читаем Русский акцент полностью

Был институт, о святотатство,Девчонки, сессии, кино,Студенческое было братство,Походы, песни и вино.Был траверс трудный, был фарватер,На спусках даже был подъём,Был эдельвейс и альма-матер,Я твёрдо шёл своим путём.Я помню горные вершины,Патрон в заряженном стволе,И след предательской лавиныНа крутой заснеженной скале.Было страшно, скрипела кремальера,Отсчёт углов светился на шкале,И надеждою плыла куда-то вера,Как рефракция в оптическом стекле.Скажем так, на пройденном этапе,Что благодарен я своей судьбе.Судьба играет, значит, дело в шляпе,А я, друзья, играю на трубе.Судьба моя: из искры – пламя,Поспоришь разве со своей судьбой,С небес свалилась дева Таня,Она же стала верною женой.Причина, следствие, а может подоплека,Я с места взял такой крутой разгон,Что более уже, чем четверть векаШагаем мы по жизни в унисон.Как хорошо, спокойно жить на свете,Когда с тобой – красавица жена,Когда с тобой взрослеют твои дети,Когда вино допито до конца.И плыло время, такое быстротечное,А я за ним, как древний Одиссей,Я сеял доброе, разумное и вечноеВ аудитории студенческой своей.Мелок крошился на доске игриво,И формулы ползли куда-то вверх,А синусоида, как пена в кружке пива,Предначертала первый мой успех.А жизнь в предрассветные туманыНеслась, как искромётный водевиль,И я, собрав пустые чемоданы,С семьёй уехал прямо в Израиль.Здесь, на святой земле Христоса,Мы свой создали прецедент,Простите нас, что быстро и без спросаВнедрили русский северный акцент.Скажу я в качестве отчёта,Что редко я кривил душой,Людей всегда любил, любил без счёта,Старался быть всегда самим собой.И вот сейчас стою я перед вамиВ свой этот незабвенный юбилей,Я был всегда силён, силён друзьями,Нет в мире этом ничего сильней.Года бегут в своём вояже,Судьба проносится моя,В ашдодском нашем «Эрмитаже»За вас я пью, мои друзья!Диезом пусть гремят литавры,Богатство – все мои года,Зажглися в зале канделябры,«Лехаим» – дамы, господа!

Литавр в ресторанном оркестре, разумеется, не было. Вместо него громкоголосое «Лехаим» раскатистым эхом разнеслось по всему залу. Все привстали со своих мест с возгласами: «За тебя, Боря!», «Многие лета!», «Здоровья и потенции во всех начинаниях!», «Творческих успехов!». А когда Татьяна выбежала на сцену, народ дружно закричал «Горько!». Борис никогда не произносил своей жене возвышенных слов, а тут не сдержался и, с неохотой оторвав свои губы от уст Татьяны, подбежал к микрофону и торжественно произнёс:

– Дорогие друзья! Своим рождением, воспитанием и образованием я обязан своим незабвенным родителям. Всему, чего я достиг, после женитьбы – это заслуга моей жены. Это же не я выносил и родил двух очаровательных дочерей, а Татьяна; это не я написал и защитил диссертацию, а Татьяна создала мне все условия для этого; это не я сделал себя здоровым и счастливым, а моя милая жена. Поэтому, богатством своих лет я обязан исключительно своему драгоценному доктору, который носит мою фамилию Буткевич. Поэтому, дорогие друзья, прошу считать этот мой юбилей нашим общим с Татьяной днём рождения.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Текст
Текст

«Текст» – первый реалистический роман Дмитрия Глуховского, автора «Метро», «Будущего» и «Сумерек». Эта книга на стыке триллера, романа-нуар и драмы, история о столкновении поколений, о невозможной любви и бесполезном возмездии. Действие разворачивается в сегодняшней Москве и ее пригородах.Телефон стал для души резервным хранилищем. В нем самые яркие наши воспоминания: мы храним свой смех в фотографиях и минуты счастья – в видео. В почте – наставления от матери и деловая подноготная. В истории браузеров – всё, что нам интересно на самом деле. В чатах – признания в любви и прощания, снимки соблазнов и свидетельства грехов, слезы и обиды. Такое время.Картинки, видео, текст. Телефон – это и есть я. Тот, кто получит мой телефон, для остальных станет мной. Когда заметят, будет уже слишком поздно. Для всех.

Дмитрий Глуховский , Святослав Владимирович Логинов , Дмитрий Алексеевич Глуховский

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Социально-психологическая фантастика / Триллеры
Книжный вор
Книжный вор

Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше.Мать везет девятилетнюю Лизель Мемингер и ее младшего брата к приемным родителям под Мюнхен, потому что их отца больше нет – его унесло дыханием чужого и странного слова «коммунист», и в глазах матери девочка видит страх перед такой же судьбой. В дороге смерть навещает мальчика и впервые замечает Лизель.Так девочка оказывается на Химмель-штрассе – Небесной улице. Кто бы ни придумал это название, у него имелось здоровое чувство юмора. Не то чтобы там была сущая преисподняя. Нет. Но и никак не рай.«Книжный вор» – недлинная история, в которой, среди прочего, говорится: об одной девочке; о разных словах; об аккордеонисте; о разных фанатичных немцах; о еврейском драчуне; и о множестве краж. Это книга о силе слов и способности книг вскармливать душу.

Маркус Зузак

Современная русская и зарубежная проза