Читаем Русский акцент полностью

Бориса действительно распирало любопытство по поводу семейного статуса Алины. Но он, сохраняя паритет в разговоре с Виктором, предпочёл безмолвствовать, будучи уверен, что тот сам всё расскажет. Ожидания не обманули его. Виктор, словно разоблачённый преступник следователю, выложил ему всё, что знал. Оказалось, что, когда Алина уже была доцентом кафедры иностранных языков и должна была участвовать в конкурсе на замещение вакантной должности заведующего, неожиданно подвернулась какая-то конференция в Швейцарии. Там она и знакомится со своим будущим мужем, коренным жителем этой страны. Претендент в мужья, геодезист по образованию, состоит, немало немного, в совете директоров компании «Leica Geosystems», которая, как тебе известно, занимается производством оборудования и инженерных решений для измерительных геодезических задач. Похоже, что любовная искра, которая пробежала между ними, возгорелась, как говорили старые большевики, в яркое пламя. Они поженились, и, как следствие этому, Алина пренебрегает своей научно-преподавательской карьерой в Киеве и уезжает в Швейцарию на постоянное место жительства. Там новоявленный супруг устраивает её на работу в свою фирму в должности начальника то ли информационного, то ли патентного отдела. Так как Алина великолепно знает немецкий язык, никаких проблем на работе у неё не возникло. Похоже, что она довольна своей работой, как и зарплатой, которая, вероятно, на порядок превышает заработок доцента украинского вуза. На наш симпозиум она приехала, чтобы разрекламировать продукцию своей фирмы, а также вскружить голову и совершить адюльтер с такими красивыми мужчинами, как ты, доктор Буткевич.

Борис не спал всю ночь. Сомкнуть глаза не давала будоражащая мысль: ну, почему так получается, что на него, ни дающего ни малейшего повода для какого-либо эроса или интима, зачастую, сломя голову, бросаются посторонние женщины. Неужели у него в глазах высвечивается какой-то таинственный, неведомый ему, огонёк, который привлекает совсем небезобразных миссис, мадам и фрау. В любом случае в его планы вовсе не входило выстраивать роман ни со швейцарской подданной, ни, тем более, с представительницей любого другого княжества ил герцогства.

Однако человек предполагает, а бог располагает. Завтра был последний день работы симпозиума, и Борис намеривался вечером уехать во Львов, чтобы побродить по узким средневековым улочкам древнего города. Но, нет тут-то, было. Он мог только предполагать. Оказалось, что в реальной жизни располагает всё же не бог, а профессор Ярмоленко. В тот момент, когда вещи были почти уложены в сумку, в комнату зашёл Виктор. Увидев, что Борис собирается уезжать, он немедленно вытряхнул всё, что так тщательно было уложено, и воскликнул:

– Вы, что себе позволяете, Борис Абрамович? Это Европа, а не ваша Азия в Израиле. Через час начинается банкет. Так что надевайте праздничный фрак с бабочкой, а я, как говорится, буду ждать вас за столиком.

Столиком оказался громадный, покрытый красной скатёркой, дубовый стол, стоящий чуть выше остальных. Ясно было, что за ним будет восседать президиум почтенного собрания. В реальности так оно и оказалось. Восемь мест за этим столом занял народ, который принято называть начальством. Рядом с ректором института Ярмоленко сидели начальник Главного управления геодезии и картографии Украины, председатель Всеукраинского астрономо-геодезического общества, генеральный директор Украинского государственного института инженерно-геодезических изысканий, генеральный директор научно-исследовательского института землеустройства Украины. Только два человека за этим президиумным столом не относились к правящей геодезической верхушке. Это были два бывших жителя нерушимого Союза: доктор Борис Буткевич (Израиль) и доктор Алина Джойс (Швейцария), места которых то ли по протоколу, то ли по велению Виктора оказались рядом. Алина выглядела просто потрясающе. Понятно, что именно она, а не вся эта начальственная элита, являлась истинным украшением стола. Впрочем, ее привлекательность была бы заметна и на каком-нибудь президентском приёме. Она наклонилась к Борису и, несколько фамильярно прикоснувшись к его плечу, смеясь, прошептала на ухо:

– А почему уважаемый доктор явился на раут без галстука? Может, забыл, как его вывязывать? Так я могла бы подсобить.