Введение и благодарности

Рад приветствовать Вас, уважаемый читатель!

Книга, открытая перед Вами, больше, чем остросюжетный детектив или политический триллер. Я задумывал «Русскую теорию», скорее, как способ высказать некоторые идеи о природе человека, его сознания и о смысле его жизни.

События, описанные в книге, никогда не происходили в действительности, хотя и активно пересекаются с нашей повседневной реальностью. Все герои являются вымышленными. Тем не менее в основу книги положен реальный опыт автора по изучению практической психологии в институте гештальт-терапии и некоторых других практик, напрямую не связанных с психологией, но имеющих отношение к теме повествования.

«Русской теории» не состоялось бы без одного человека, чей многолетний опыт этнографических исследований и личной практики лег в основу сюжета книги. Я говорю об А. А. Шевцове, больше известном как Иван Скоморох или просто Саныч. Много лет назад мне посчастливилось познакомиться с ним и посетить его центр в Ивановской области.

В процессе работы над книгой я также вдохновлялся трудами английских и американских исследователей Роджера Пенроуза и Рэя Курцвейла. Их работы стали для меня источником поддержки и неиссякаемого интереса к теме исследования человеческого сознания.

И отдельное спасибо я хочу сказать моей жене Екатерине за поддержку и заботу о нашей семье во время написания этой книги.

Русская теория

Большинство проблем человечества происходит от невежества.

В первую очередь от невежества по отношению к самому себе.

* * *

2018 год. Кабинет Ричарда Брокса

– Скажите, Джон, Вы когда-нибудь слышали о «русской теории»?

– Не припомню ничего с таким названием, сэр, что могло бы меня заинтересовать или запомниться. Хотя в последнее время все, что связано с русскими, становится популярным.

Глубокое кожаное кресло в кабинете Ричарда Брокса просто располагало к неторопливой беседе. Джон испустил изящное кольцо табачного дыма. Красный глаз превосходной кубинской сигары мерцал в полумраке обставленного в ампирном стиле кабинета. А стоящий на столе из красного дерева графин с ледяным виски предвещал долгий разговор.

Джон любил эти встречи, иногда затягивающиеся до глубокой ночи. Часто они были началом чего-то нового и значительного. «Нутром чувствую, старик не просто так пытает меня про русских. Наверняка раскопал что-то интересное», – думал Джон, попутно оценивая тончайшие нотки в букете односолодового «Гленфиддик».

– Это не самая известная история, Джон, почти легенда, – продолжил Брокс. – Речь идет о некоем закрытом сообществе на территории России, практиковавшем тайное знание особого рода. Почти ничего не известно о том, когда появились эти люди и откуда они взялись. Их считали то ли колдунами, то ли целителями. Называли они себя «мазыками» или «офенями». Известно, что они занимались торговлей иконами и тому подобными товарами. Держались узкой общиной, даже говорили на особом, только им понятном жаргонном языке. Большинство из них были специалистами в секретном стиле борьбы, делающим их неуязвимыми.

– Прямо русские тамплиеры какие-то, – усмехнулся Джон.

– Тамплиеры – красивая легенда, мой друг, – продолжил Брокс. – В истории мазыков меня интересует другое. Они были хранителями совершенно уникальной техники управления сознанием, своего рода психотерапии. Эта практика называлась «Кресением».

– С каких пор Вы занялись психотерапией, Ричард? Зачем Вам это, как бы оно ни называлось?

– Вы не на том сделали акцент, дружище. Ключевое слово здесь – управление сознанием. Вы знаете, я инвестировал немалые средства в проекты, связанные с исследованием в этой области. Не локальные квантовые эффекты, перенос сознания на сторонние носители и все такое. Но результаты в практическом смысле пока мало обнадеживающие. А эти парни уже шесть веков назад выдвинули революционную концепцию и положили ее в основу своей практики. Суть этой концепции, суть «Русской теории», Джон, в том, что человеческое сознание лежит вне человеческого тела, вне человеческого мозга! Оно имеет другую природу и обладает устойчивостью. Вы можете себе это вообразить, Джон? Можете на секунду представить и поверить в это? Оценить последствия и возможности обладания этим знанием?

– Будь это правдой, мы могли бы считывать информацию с головы любого человека, кем бы он ни был.