Читаем Русалочье озеро полностью

После отъезда Андрея моя жизнь снова покатилась неспешно, я радовалась весеннему солнышку и старалась больше ходить. Что бы занять себя работой, я взялась переделывать наш гостевой домик, тем более, здесь мы уже пациентов принимать не будем. А для летнего проживания домик просто замечательно подходил. Мы с Любавой все вытащили из дома, и я неспешно принялась за покраску и побелку. Любава тем временем нашила красивые яркие шторы на окна и кусковые покрывала на кровати и матрасники. Старые матрацы мы затащили под крышу домика на просушку и проветривание, а себе матрасники набили прошлогодним сеном. Мне было так хорошо дома и как приятно, оказывается, заниматься обычными хозяйственными хлопотами, а Любава радовалась тому, что я с ней рядом и никуда не собираюсь уезжать. Домик получился ярким светлым и очень уютным. И глядя на него когда закончился ремонт и обстановка у меня вдруг мелькнуло в голове что скоро все у нас неожиданно измениться и будет хлопотно и суетно, но к добру или худу я не поняла. Я даже испугалась своим мыслям, вспомнив, что на свою голову хорошо развила в себе дар предвиденья. Дар мой был приобретенным, и работал сам по себе, иногда просто осеняя меня или же выдавая гораздо реже видения, которые еще нужно понять. А что бы настроиться и получить более четкую картинку, такое я тоже могла, но сил на это у меня пока не хватало. И тут же буквально я вдруг забеспокоилась об Андрее, мне стало страшно, и я присела на порог домика, затем почувствовала, что он к чему — то готовиться и ему плохо, а потом сильный удар. Я увидела перед собой горячую, выжигающую все вокруг вспышку, и почувствовала страшную боль буквально на секунду, страх Андрея, и его смерть. Чувствовать я его перестала, как обрезало его от меня. Перед глазами мелькали образы, поединок Андрея с Гансом, я видела как бы со стороны, боль снова меня ударила по — настоящему жгуче и страшно, а затем на меня навалилась темнота и я потеряла сознание. Очнулась там же на порожке, перед глазами все плыло и тошнило.

— Вот и отомстил, — промелькнуло у меня в голове, — Вот и его предвиденье смерти. — И кому нужна была эта месть.

Моя магия была слабой и я впервые этому обрадовалась, не уверена, что пережила бы все происходящее с Андреем, если б была в полной силе. Я понимала что лишь краем почувствовала все, что произошло с ним и того мне хватило с гаком. На меня накатила такая боль и ужас от сознания того что он умирает и ничего не может изменить. Я пыталась ведь его отговорить, но все бесполезно. И еще мне было жаль ту женщину, что поверила Андрею, его невесту, с ней он обошелся также как когда то со мной, вернее сказать хуже, возможно она была не самой лучшей или умной, но он привел ее к гибели. Месть никому не приносит облегчения, а подлость по отношению к влюбленной в него женщины, не оправдает ничто. Я потихоньку встала и тихо на не сгибающихся ногах еле, еле, зашла в дом к Любаве и Прошке, оставаться одной мне было страшно и нестерпимо больно. Больно не физически, а от осознания того что я ни смогла ничего изменить, если б он меня послушал хоть раз, все возможно бы сложилось совсем по-другому, и все были бы живы. Но Андрей упрямо убивал всех в своем окружении и считал что все так и надо, не видя другого выхода или не желая искать другой. Я все- таки надеялась, что он одумается или может, мне нужно было его все — таки отговорить. Сейчас я тоже считала себя виноватой в том, что произошло. Любава когда я ей все рассказала, только рукой махнула. Она обняла меня и тихонько пошептала.

— Не вини себя Елена, ты ничего не могла сделать. — Я ведь тоже надеялась, что он станет спокойней и остынет. — Ан — нет, он так привык жить, и это его и погубило, и твоей вины в том нет, даже если бы ты с ним пошла, он, так же, — бы и поступил.

Я заплакала, Любава тоже, а что мы могли еще сделать.

А еще дня через три я увидела выходящего из леса Алекса, он шел медленно, нерешительно переставляя ноги по тропинке, и вел за руку ребенка, я сразу поняла, что он ведет Кира. Сердце у меня метнулось и забилось через раз.

— Прости Елена я с плохими новостями к тебе, — растерянно сказал он, держа Кира за спиной. — Я вот Кира привез, конечно, если ты откажешься, я его заберу с собой обратно, Андрей погиб, ты ведь уже знаешь? — Просто мне с Киром никак, а отдать его пока больше некому, у Габриэля тоже проблемы, малыш родился у него, а жена его очень Кира не любит, ревнует в смысле к своему малышу.