Читаем Русалочье озеро полностью

Слезы злости выступили у меня на глазах, обида закрыла все перед глазами черной пеленой, — я быстро оделась и выбежала из дома Питирима, не слыша, что кричат мне вслед. Прошлась быстрым шагом туда — сюда по деревушке, пытаясь скинуть жар гнева, затем поднялась на холм около нашего дома, самой высокой точке Чудной деревни и огляделась. Несмотря на поздний вечер, луна огромным оранжевым шаром светила ярко и свет, отражаясь от снега все вокруг призрачно освещал, просматривалось все далеко великолепно, мне даже не нужно было прибегать к магическому зрению. Приглядевшись сквозь морок накрывший деревню плотно как покрывало, я увидела необычайное оживление вокруг Чудной деревушки. Десяток снегоходов буквально утюжили окраины деревни, иногда казалось, что они летят прямо по крышам домов, не видя нас. Вдалеке в лесу было разбито несколько палаток и горели костры, мы действительно были в осаде. И как я ухитрялась ничего этого не замечать раньше, хотя понимала, Питирим меня не только жалел, а еще и околдовал, считая, что делает это для моей пользы. Защита Чудной деревни была уникальной, ведь в стене сплелась настолько разная магия, ее, когда ставили все живущие в деревне маги, — а это и ведьма с ведьмаком, знахари и некромант, колдуны и я волшебница тоже внесла свою лепту. Чужие маги, даже объединив силы, не могли пробить нашу защиту, хотя буквально ездили и ходили по нашим головам. Это конечно не так, — просто оптическая иллюзия, но смотрелось это впечатляюще. И-за стены снаружи вместо нашей деревни виднелась небольшая поляна в негустом лесу, по которой сейчас и ездили на снегоходах и ходили, пытаясь нащупать, не полагаясь на зрение разные маги, и все пока безуспешно. Я присела на холм в ужасе, это сколько же усилий что бы найти нас и меня, я не обольщалась на свой счет, деревню искали маги всех мастей, не раз объединяясь в надежде добраться до наших сокровищ — знаний, которые Чудная деревушка сумела сохранить. И сейчас в очередной уже раз снова нас пытаются найти и я здесь просто как дополнительный плюс для моих врагов. Я быстро встала, отряхнулась и вернулась в дом Питирима. Он, как и прежде сидел за столом, задумчиво мешая сахар в чашке с давно остывшим чаем. Любава легкой тенью кружила по столовой, убираясь и намывая посуду.

Я прошла и села напротив него, — Что будем делать Питирим?

— Впечатлилась? — Жестко ухмыльнулся Питирим. — Да не впервой раз у нас такое, и, наверное, не в последний раз. — А что делать? — Есть у меня мыслишки, вот и подумаем еще и вместе. — Ты сейчас выглядишь как подросток, Анна Львовна без магии изменит твое лицо, и ты поживешь пока в Алексеевке, ученицей знахаря. — У Валерия несколько учеников и ты будешь незаметна, а он сможет тебя защитить, кстати, какие у вас отношения?

— Нам хорошо вместе, если ты об этом, — пожала я плечами, — но что — то менять в жизни я не собираюсь.

Питирим внимательно посмотрел мне в глаза и облегченно вздохнул.

— Я рад, что ты повзрослела, как друг Валерий тебе пока нужен, но он никогда не будет тебе ровней и опорой. — Давай так, в твой дом сделаем двойника, а Прошка будет присматривать за порядком, да дом подтапливать, создавать видимость, что в доме живут. — Дети поживут здесь, и за них даже не беспокойся, я головой за них отвечаю, да и привыкай к мысли, что теперь ты им сестрой будешь, они быстро к нам привыкнут. — Даже если кто в твой дом прорвется да тебя не обнаружит, время мы выиграем. — Мы скрывали всегда, что Валерий имеет отношение к Чудной деревне, да и все считают, что мы с ним не в ладах. — Алексеевку тоже конечно проверят, но они ведь не знают, как ты сейчас выглядишь, да и тропка сюда тайная, скрытая от всех. — Главное, что все считают, что семья Валерия всегда там живет, у них там старинная усадьба, ровесница Чудной деревни, а может и старше. — Да и еще у него наблюдатели давно живут, он для них и дом отдельно выстроил и надеюсь, что никто и не подумает, что ты прямо у них под носом поселишься. — Если б ты не была привязана к русалочьему озеру, то было бы тебя спрятать легче, а так ты на короткой цепи и мы делаем что можем. — А если вдруг ты до него дойти не сможешь, то тебя оборотни заберут, спрячут, но это уж совсем на край. — У них свои секреты и чужой в доме им как кость в горле, тебя они примут, но будешь жить пленницей, они не позволят ходить тебе свободно. — Поэтому то, я и ищу тебе вариант, что б ты жила свободно.

Любава при этих словах заплакала и обняла меня. Питирим нахмурился на нее и непривычно грубовато прикрикнул.

— Ну что ты сырость то разводишь, знаешь ведь, что по любому ее спрячем, и никто ее обидеть не посмеет.

Я расстроилась, мне никуда не хотелось снова убегать и прятаться. Только — только, я почувствовала себя дома живой и счастливой. Обняла тоже Любаву и стала ее утешать, что же делать, если все у нас так складывается пока.