Читаем Русалка из Рустамовки (СИ) полностью

  — Не надо!!!

  Но она уже вытянула вперёд ногу, покрытую рыбьей чешуей. Пальцы жутковато раздались в стороны, и между ними тоже поблескивали перепонки. Я непроизвольно дёрнулся назад:

  — Лена, ты кто?

  — Не знаю. — Она пожала плечами. — Ты боишься?

  Странный вопрос. Я же в обморок грохнулся! Может, мне всё снится? Приехал в глушь и начал видеть такие странные сны.

  — Боюсь, наверное. Так ты…

  — Нечисть? — Она попробовала улыбнуться. — Я теперь живу в воде. Не могу выходить надолго. Мне надо искупаться. Подождёшь?

  Я кивнул. Лена поднялась и побежала к реке. По силуэту: девушка как девушка. Красивая, между прочим. Посмотрел в сторону деревни — удрать? Оставить её здесь? Не смог. Она вернулась, фыркая и отжимая волосы.

  — Спасибо, что дождался.

  — Буду считать тебя русалкой.

  Заливисто рассмеялась и погладила меня по руке своей перепончатой лапой. Мне удалось разглядеть что-то, похожее на жабры, на её тонкой, белой шее. Я читал, конечно, про человека-амфибию. Но Лена врядли продукт экспериментов безумного учёного.

  Мы проговорили до утра. Лена оказалась милой девушкой. О себе рассказала мало. Жила в деревне. После смерти обратилась в чудище, с тех пор обитает в реке. Она — утопленница. Вот и всё, что удалось вытянуть. Но я не сдамся. Есть что-то, о чём она молчит. Я узнал от ребят, что была такая девочка — Лена Тимофеева. Утонула в прошлом году, летом. Её тело не нашли. Только кое-какие вещи на берегу. Из того и заключили, что купалась одна. А плавала она плохо.

   С тех пор я каждую ночь приходил к ней. Сам не заметил, как рассказал Лене всю свою жизнь: и про родителей, и про школу. И даже про подружек. Она была бы самым внимательным и чутким человеком на свете, если бы, конечно, она была человеком. Я показал ей фотографии всех мест, где бывал. Рассказал про наш город: про метро, набережную, про закаты и рассветы над крышами многоэтажек. Рассказал про любимые места. Про увлечения. Про мечты. Ей было интересно обо всём. Даже о мелочах.

  Я ничего вокруг не замечал. Тем временем, в деревне происходили странные вещи. Бабуля сказала мне, что огород подтапливает. Но откуда вода берется — непонятно. На подтопы жаловались все соседи. Я смекнул, что пострадали дома, стоящие вдоль дороги на Вишенку. Лена как-то обмолвилась, что умеет управлять водой. Да ну, бред. Ребята тоже заметили — с рекой что-то не то — рыба исчезла. Малышей больше не пускали купаться: хороший, твёрдый берег превратился в болотце. Как если бы Вишенка разливалась.

  Всерьёз начав подозревать Лену, я придумал план. Попрощавшись с ней на реке, медленно пошёл домой. У самой деревни развернулся и побежал назад. Она стояла на дороге. По колено в воде. У меня дыхание перехватило. А она только рассмеялась, помахала мне рукой и пошла обратно. И небольшая речушка повернула за ней вслед. Следующей ночью я попросил Лену больше меня не провожать. Она согласилась. Но уверенности в голосе я не почувствовал.

  — Лен, зачем ты это делаешь?

  — Он живёт рядом с тобой.

  — Кто?

  — Человек, который меня утопил.

  — Что!!? — Я вскочил. — Лена, тебя утопили!?

  Она кивнула.

  —Так что ж ты молчала!?

  — Я… не решалась. — Лена замялась, протирая плечи и шею мокрыми волосами. Ей нужно было в воду. — Не решалась… попросить тебя. Это может быть опасно. Миша, приведи его на реку.

  — Что!!?

  — Приведи его. Нам с ним нужно увидеться. Может, тогда я успокоюсь. Может — так надо?

  — Как так?

  — Точно не знаю. Пойму, когда его увижу.

  — Хорошо, кто это?

  — Отец Витька.

  И Лена рассказала мне о своей смерти.

   Он ведь казался неплохим — дядя Саша. Шутник, весельчак. Только вот рыбалку не любит. Витёк говорил, что раньше отца за уши от реки нельзя было оттащить. А сейчас — ни ногой. Как отрезало. Ну да, утопить девчонку в реке — не лучшее воспоминание. Если б только девчонку.

   Витёк уже год рос без матери. Говорили, она сбежала. И только соседская девочка Лена знала, что Витькин батя стукнул свою жену по голове молотком. А потом сгрузил её в мешок и унёс на реку. А потом увидел Лену. По глазам понял: не обмануть и не запугать. Обошёлся без молотка. Оглушил и утащил туда же, куда и жену: на Вишенку. Утопил, как котёнка. Оставил на берегу сандали и часики. И это его мне надо на реку заманить! Как?

  — Дядя Саша. Пойдёте со мной на рыбалку?

  Он что-то колотил. Оторвался на секунду:

  — Зачем?

  — Покажете, где жену утопили.

  Опешил. Уставился на меня с открытым ртом:

  — Ты что, щенок, такое говоришь!

  — Вы её этим молотком?

  — Да ты, сучёныш!!!

  Молоток полетел в меня. Я увернулся и рванул к реке. Не самый лучший план? Почему-то Лене особенно важна эта ночь. Она умерла ровно год назад. Тогда, как и сейчас, на небе сияла луна. Тогда, как и сейчас, что-то странное творилось в природе. Тогда, как и сейчас, Лена стала монстром.

  — Дядя Саша? Я тебя ждала.

  Она вышла из воды. Одетая в призрачный лунный свет и рыбью чешую. С ног до головы покрытая тиной и слизью. Одновременно и гадкая, и прекрасная. Девушка, которая когда-то была живой.

  — Дядя Саша, ты меня помнишь?

  Я чувствовал, что был лишним. Но не мог уйти. Он её узнал. Никогда не видел в глазах человека столько ужаса. Он её узнал.