Читаем Русь Заповедная полностью

Автор книги «Славянские рунические надписи» воспроизводил камни, давал гравюры таковых с надписями «Руськыми Письменами». Царившая и то время предвзятая идея о грамотности, связанной с православием на Руси, и, следовательно, византийского происхождения (кириллица), не позволила учёным более внимательно отнестись к этой книге. Между тем, основываясь только на соображениях чисто торговых, мы должны заключить, что Новгород должен был знать, так как торговые операции настоятельно требуют записей. Возможно и то, что в разных местах Руси Письмены были тоже разными, так как единства в них могло и не быть из-за различных условий торговых центров. В одних из них могли пойти в основу знаки готской письменности, а в других — ведической. Мы ничего точного об этом не знаем, но логика свидетельствует об этом. Впоследствии нам выпало большое счастье видеть «дощьки» из коллекции художника Изенбека, числом 37, с выжженным текстом. Частью буквы напоминали греческие заглавные буквы, а частью они походили на санскритские. Текст был слитным. Содержание трудно поддавалось разбору, но по смыслу отдельных слов это были моления Перуну, который назывался временами «Паруном», временами «Впаруной», а Дажьбог назывался «Дажьбо» и «Даже». Текст содержал ещё описание, как «Веле учил Деды земе рати». На одной из них было написано о «Купе-Бозе», вероятно, Купале, и об очищении «омовлением» в бане и жертвой «Роду-Рожаницу», «иже есь Дедо Свенту». Были строки, посвящённые «Стрибу, кий же дыха яко хще», а также о «Вышен-Бог, иже ость хранищ живот наших». Подробный разбор «дощек», которые нам удалось прочесть до их исчезновения, будет нами дан отдельно.

«Дощьки» эти были обнаружены Изенбеком во время Гражданской войны в разгромленной библиотеке князей Задонских или Донских, точно нам неизвестно, да Изенбек и сам не знал точного имени хозяев разгромленного имения.

Юрьевская языческая традиция представляет Мару (Мор) и Морок следующим образом: «Не ходи, сыне, в холодные сени, вспотевши! Мор-Мара там ждут, схватят и Мороку дадут!» На вопрос, какая же она из себя Мор-Мара, старые люди отвечали: «Мор-Мара чистоты, омовения боятся. Не могут они чистого тела коснуться, а коли вспотеет человек, так у него на пупке пот каплями собирается, и Мор-Мара к нему жадно прилипают, пьют его, набираются силы, и тогда человеку несдобровать. Простуженный (охлаждённый) человек внутреннего тепла (Огня-Агни) лишается, и не может его это тепло защитить, а тому Мор-Мара радуются и на простуженного человека кидаются. Мор-Мара суть муж с женой, а такие злые они были с самого начала, что как вцепились друг в дружку, так и срослись! Вместе и бегают по свету. Морок — сын ихний. Ему Мор-Мара, как только всю живу силу выпьют, мертвяка бросают, а он из его печёнки последнюю силу тянет».

Перво-наперво, здесь идёт речь о Боге-Богине Смерти. Мор-Мара, таким образом, есть Смертная Чета. Они хватают и впиваются в человека, то есть в этом случае символизируется болезнь, впивающаяся в человека. Пьют они «живу-силу», нечто, совпадающее с Живой ведийцев. Последние верили, что Жива находится в области пупка, и потому «живот» по-русски «чрево», а «живот» по-чешски — «жизнь». Морок, сын Смертной Четы, допивает жизнь, таящуюся ещё в печени. По последним данным, клетки печени ещё живут после смерти человека около 17 дней! Таким образом, в этом мифе не всё лишено смысла. С другой стороны, охлаждение тепла тела (Огня-Агни) — непременное условие простуды. Морок может «об-моро-чить», заставить потерять сознание, но Морок убить не может. Наоборот, Мор-Мара могут это сделать. «Об-морок» в русском языке означает буквально «об-мороченный Мороком», то есть схваченный Мороком, но ещё не погибший человек. Наоборот, «маритися», древнеславянское слово, обозначало «умирать». Само слово «у-мирать» обозначает «быть у-Мары», а «у-мориться» обозначает «ослабеть, устать, быть лёгкой добычей Мары».

«Марийцы» — люди, посвятившие себя богине Маре, древние «ударники»-воины, обрёкшие себя на погибель, но не на поражение! Героизм в древние времена был, следовательно, близок к посвящению себя Богине-Богу Смерти. Человек себя вычёркивал из числа живых, иди в «Марийцы». «Море» — тоже посвящение себя Богине Смерти, ибо идущий в море может и не вернуться.

Проклятие: «Чтоб тебя Мара взяла!» означает призыв Богини-Смерти на врага. Мор-Мара, по юрьевской традиции, были уродами, они так же отвратительны, как «два вцепившихся друг в друга паука».

Шотландское «Мэрроу», водимо, того же происхождения. Было ли оно иллирийским или же славянским, трудно сказать, но значение его то же, что и Мор-Мары.