Читаем Русь, откуда ты? полностью

Прокопий рассказывает далее, что часть гуннов, а именно утигуры, вернулись, но на возвратном пути (см. непременно карту) наткнулись на изолированную группу «готов» на перешейке Керченского полуострова.

«Готы», как рассказывает Прокопий, образовали на узком перешейке заграждение (сплошное) из щитов и собирались дорого продать свою жизнь. Хотя они и понимали, что одолеть гуннов не могут, ибо те превосходили их численностью, но они были в ловушке и иного выхода не было. Со своей стороны и гунны понимали, что, в сущности, не из-за чего идти в смертный бой.

Дело кончилось миром. Было решено, что гунны и «готы» поселятся на равных правах, как одно племя, но, очевидно, из-за недостатка места решили переправиться всем на противоположный берег Кавказа и там поселиться, что и было сделано. Так оказались «готы-тетракситы» на Кавказе.

В результате всего этого почти весь Крым попал в руки гуннов, а «готов» там оставалось лишь незначительное число в самих горах. Этим самым равновесие политических сил было нарушено и начались большие перемены в области Северного Причерноморья.

Таким образом, никакого удара гуннов из-за Дона не было. Дон был придуман, чтобы как-то понять неожиданное появление гуннов. Это был чисто местный конфликт, приведший, однако, к крупным политическим изменениям.

Следует обратить особое внимание на совершенно отчетливое заявление Прокопия (и притом неоднократное), что гунны в древности назывались киммерийцами. На это никто не обратил должного внимания, хотя Прокопий, настоящий историк, к тому же живший не так уж далеко от времени наступления гуннов.

Киммерийцы, как мы знаем, жили в области Азовского моря издревле. Поэтому Керченский пролив и назывался Боспором Киммерийским. Если они жили там еще до нашей эры и отмечены Птолемеем еще во II в. в данной области, мы избавляемся от двух загадок: 1) внезапность появления гуннов (неизвестно откуда) и 2) откуда они родом.

Вместе с тем гунны не исчезают бесследно после смерти Аттилы. Прокопий разборчиво говорит, что гунны делились на утригуров и кутригуров, но почти все авторы древности указывают, что именно болгары делились на эти два племени. Иначе сказать, гунны и болгары – это одно и то же. Поэтому после распада империи Аттилы гунны не испарились, а остались жить, будучи представлены главным образом «болгарами».

Болгары же появились в Европе задолго до того, как это принято думать: еще император Константин Великий (306–337), чтобы защитить лучше Фракию от нападений болгар, выделил ее в особую провинцию и отдал под руководство специального военачальника.

Таким образом, события 375 г. имели совершенно иную основу: «готы» в Крыму и прилежащей области были местные жители, геты древности, племя негерманское. Гунны были также местные жители, но другого корня, и враждовали с первыми. В прошлом гунны были киммерийцами, впоследствии же стали называться болгарами.

Вся проблема гуннов переносится совершенно в иную плоскость. И вряд ли прав новейший исследователь Альтхейм (Altheim. Die Geschichte der Hunnen, I–III, 1959–1960), что гунны – это эфталиты Ирана. Вопрос нуждается в полной ревизии и совсем с иных позиций, прежде всего не филологических.

Мы остановимся на этой работе как на новейшей и, казалось бы, долженствующей подытожить наши знания на данный момент: в 3-томном труде это вполне реализуемо. При ближайшем ознакомлении оказывается, что это вовсе не история – это филологические экскурсы в область истории. Мы были вправе ожидать в труде с таким названием прежде всего систематического перечня всех дат, лиц, событий, которые играли существенную роль в истории гуннов. Ничего этого нет.

Данные первоисточников о гуннах в Европе не даны и не приведены в порядок после критического анализа: все внимание уделено вопросу об эфталитах, т. е. откуда произошли гунны. Вопрос, конечно, важный, но еще более важно знать, что и как сделали гунны. Об этом решительно ничего нет. История игнорируется совершенно. Напрасно вы будете искать в трехтомном труде данные о вождях гуннов, хронологию их побед и поражений, допытываться о ходе инвазии на запад, о государстве Аттилы, о роли негуннских племен в создании гуннской империи, о влиянии вообще гуннов на Европу и, наконец, о том, как государство их пало и что от него осталось.

Поражает полное отсутствие археологических данных и пренебрежение ими. Альтхейм имел полную возможность привлечь к сотрудничеству и археологов, но этого он не сделал. Несмотря на то, что передвижение гуннов началось с 375 г. и остановилось со смертью Аттилы в 453 г., т. е. развивалось по крайней мере 78 лет, о «гуннской культуре», как об археологической основе, не сказано ни слова.