Читаем Руки, полные пепла полностью

Действия Нефтиды чем-то походили на то, что делал сам Гадес с Амоном. Правда, теперь руки не проваливались в грудную клетку. Нефтида просто взяла Эллиота за плечи и наклонилась, шепча ему на ухо.

И Софи была готова поклясться, она что-то ощутила. Толчок, эхо на границе слышимости.

– Пойдем, – позвал Амон. – Нефтида ему поможет. И проследит, чтобы эти двое убрались отсюда.

Он и Сет поддерживали Гадеса, который явно был готов отключиться, и уже уводили к клубу. Под ногами Софи вился непонятно откуда взявшийся доберман. Он скулил.

– Что с псом? – спросила Софи. Уж на этот вопрос точно могут ответить.

– Ему жаль, – сказал Амон. – Видимо, не мог оставить спящего Гадеса без защиты. И извиняется, что не был рядом с тобой при нападении.

Софи решила, что зря спросила, и думала, будто станет понятнее. Но рассеянно почесала добермана за ушами. И в последний раз оглянувшись, заметила, что Эллиот уже очнулся и садится на земле, поддерживаемый Нефтидой, а она что-то ему говорит.

Она догнала их уже у входа.

Внутри клуба народу стало меньше, после концерта многие разошлись. Но их неожиданно перехватил невысокий человек в темных очках:

– Что происходит?

– Ему надо выспаться, – сказала Нефтида. – Тут есть спокойное место?

Софи показалось, что незнакомец оглядывает их, размышляя, стоит спросить о подробностях или нет. Но потом он просто кивнул:

– Конечно, служебные помещения.

Он повел их мимо залов, куда-то по темному коридору, который окончился небольшой комнатой со шкафами, письменным столом и даже диваном. Человек в очках наблюдал, как Гадеса уложили именно туда.

– Все в порядке? Уверены? Может, еще что надо?..

– Нам – выпить, – хмыкнул Сет, – а ему только проспаться.

Нефтида кинула на него недовольный взгляд и тут же плавно подошла к человеку в очках. Взяв его под руку, она мягко вывела его из комнаты, притворив за собой дверь. Так что остались только Амон с Сетом и Софи.

Она подошла к Гадесу, присмотрелась, но он и правда выглядел как человек, который просто глубоко заснул.

Человек ли? Они вели себя так, будто не являются людьми.

И Софи могла бы подумать, что этим вечером ее опять чем-то опоили. Поэтому она видела эту тьму, теней, песок… но она ничего не пила. Даже не брала сигареты Сета. Зато в комнате снова появился пес и сел рядом с Гадесом, положив морду на диван рядом с ним. И поглядывая на Софи.

– Я схожу с ума, да? – хихикнула она. – Может, вас вообще нет? Может, я даже из комнаты своей не выходила. Или уже давно в психушке. Вот Хелен удивится.

Софи ничего не могла с собой поделать. Она хихикала, пока не ощутила, что сквозь смех по ее щекам катятся слезы. Но другого объяснения не было: она и правда сумасшедшая.

Усевшийся на столе Амон смотрел на нее с растерянностью, но Сет развернул к себе лицом и дал легонькую пощечину. Софи ойкнула, но это действительно привело ее в чувство. Она хлопала глазами, смотря на Сета. А тот сухо сказал:

– Ты не сумасшедшая. Ты знаешь, что все это правда.

Она знала. Действительно знала. Как говорила мать, в этом мире так много непознанного. Почему бы не быть и древним существам, которые называют себя богами? Будет величайшей глупостью отказываться от приключения только из-за того, что считаешь его нереальным.

К тому же Софи помнила тьму. И псов. Это не могло быть игрой воображения.

Сет не торопился отходить. Он стоял, держа Софи за плечи, заглядывая ей в глаза, вынуждая взглянуть на него. И Софи не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.

Она видела, что глаза Сета темные, но как будто с красноватым оттенком. Она видела в них пустыню и дюны, бури и огонь, борьбу и войну.

На миг перед ее глазами встала другая картина: темные скалы где-то посреди пустыни. Софи почти слышала, как ветер играет песком, видела ослепительно-яркие звезды над головой. И костер, у которого сидели двое, – она узнала Сета и Гадеса.

И снова были только глаза Сета. В горле у Софи пересохло, но почему-то, подумав о глотке воды, она представила узкий и длинный колодец, на дне которого плещется вода.

– Ты не сумасшедшая, – сказал Сет, и его голосом говорила пустыня. – Ты Персефона.

Он наконец-то отпустил ее, но продолжал вглядываться в лицо. А Софи моргнула, не понимая, о чем он. Да, это ее полное имя. Наверняка Гадес им рассказал.

– Какого хрена, Сет? – взвился Амон. – Гадес же просил.

– Да не пойти бы вам всем?! – Сет наконец-то обернулся на Амона. – Любите ходить вокруг да около! Осторожничать. А ты вообще ничего не можешь сделать без чужого разрешения? Обязательно следовать правилам?

– Говнюк, – огрызнулся Амон, но беззлобно. – Гадес боялся, это может навредить.

– Он боялся другого. Что даже после этого знания она ничего не вспомнит. Правильно боялся.

В последних словах Сета послышалось что-то странное, чего Софи не понимала. И почему-то именно это напрягло ее даже больше всего остального.

– Чего не вспомню? – требовательно спросила она.

Сет снова посмотрел на нее. Вглядываясь в лицо и, видимо, не находя того, что искал.

– Того, что ты тоже богиня. Персефона, перерождающаяся из жизни в жизнь.