Читаем Рука из могилы полностью

Так получала Мария своеобразное наслаждение.

В конце концов я был вынужден заявить своей старой знакомой:

– Тетя Маша, меня просто не поймут, если я тебя не арестую.

А она мне:

– Валерий Александрович, нет вопросов! Но вот если бы… подождать несколько денечков. У меня умирает мать. Дайте мне похоронить её.

На слово я ей не поверил, съездил, убедился. Действительно, тяжелобольная мать Косовой была при смерти.

– Ладно, Маша, возьму грех на душу. Направляю дело в суд, а ты живи пока с подпиской о невыезде. Все равно: вину ты свою полностью признаешь, а суд уж примет решение.

Направляю дело в суд, и вдруг впервые в жизни получаю дело обратно «на доследование».

Мне звонят:

– Куликов, брак! Дело вернули из суда!

– Какое?

– Косовой!

– Какое доследование? – никак не пойму.

– Новые эпизоды в её деле открываются…

Оказывается, находясь под следствием она по-прежнему работала в НИИ. В это время Мария ухитрилась обмануть еще четырех людей.

Беру машину, еду за ней:

– Знаешь, Мария, пусть твоя мать помирает без тебя! Не то мне самому придется помирать!

Задерживаю её. Новый допрос:

– Что произошло?

– Ничего, – говорит, – не могу с собой поделать! Нахожусь на рабочем месте, слышу две подружки ведут между собой разговор о кооперативной квартире.

– Как бы решить этот вопрос, кому бы следовало «дать»?

– Девчонки, да нет проблем, – это я по старой привычке встреваю в разговор. Обираю четырех сослуживиц на 2 тысячи. Все равно ж в тюрьму садится! Так хоть немножно пожить!

Так она обманула и их, и меня. Ну все, арестовал я ее, дело отправил в суд. Дали ей пять лет лишения свободы. Но на этом не кончается для меня история Марии Косовой. Тогда я был рядовым следователем. Прошел путь до начальника криминальной милиции области, полковника. И вот буквально два месяца назад приходят ко мне с Октябрьского РОВД и заявляют следующее:

– Там у нас дурочка какая-то объявилась, мошенница! Обманула двенадцать человек и сама явку с повинной написала.

У меня глаза на лоб от удивления полезли:

– Постой, а не Косова у нее фамилия?

– Косова!

На трех этапах моей жизни пришлось столкнуться мне с Марией! И будучи уже полковником я вновь встретился с ней.

Конечно, можно осуждать ее, как преступницу. Действительно, она мошенница. Но я к ней, можно сказать, с чувством какого-то своеобразного уважения отношусь. Видимо, надо нас, наивных, обманывать, чтобы мы проходили определенную жизненную школу и были более осмотрительными! Ведь по тому громкому делу я и в коллективах выступал, и в газетах о проделках Косовой писали, а «Марии» и сейчас успешно продолжают действовать.

В 1978 году в Пензе было совершено разбойное нападение на магазин – по тем временам серьезнейшее «ЧП». Три молодых человека совершили этот налет. Все они – из рабочих семей. Двое грабителей были отъявленные хулиганы. Имели не один раз привод в милицию. А третий парень – работяга, чувствовалось, что он попал в эту компанию случайно.

Был у него период срыва, глубокой депрессии. Немного закружился парень, запил. Вот в этот-то период предложили ему приятели принять участие в столь дерзком преступлении.

Стал я выяснять обстоятельства его жизни: недавно он похоронил мать, живет один в однокомнатной квартире.

Выходит, если сейчас я его арестую, квартиру отнимут, и после отбытия наказания ему будет, как говорится, голову негде приклонить. Выйдет он из тюрьмы и окажется брошенным, никому ненужным человеком. А за разбойное нападение наказание – лишение свободы от восьми до пятнадцати лет.

О том, чтобы следователю какое-то решение принимать, освобождать от уголовной ответственности, пойти на какие-то уступки, не могло быть и речи.

Приходит его старшая сестра:

– Вот, – говорит, – остались мы с братом одни. Отец нашу семью давно бросил. А мать недавно умерла. Адвоката я не могу нанять, у нас нет таких средств.

То есть, остались они, скажем так, в абсолютном безвоздушном пространстве. Чтобы как-то облегчить судьбу этого случайно сбившегося с пути человека, сказал:

– Я его не буду арестовывать пока. А вы пропишите в его квартире кого-нибудь. Ну, хотя бы парню оставьте квартиру. Чтобы человек, выйдя их тюрьмы, мог, если пожелал бы, исправиться, начать настоящую трудовую жизнь.

Они действительно прописали в квартире кого-то из родственников. Главную проблему решили. После этого я парня с чистой совестью арестовываю. И он мне был благодарен.

Впервые я человека арестовал, а он мне искренне сказал: «Спасибо!»

И вот, хоть и неприятно об этом рассказывать, впервые тогда же мне пытались дать взятку. Приходит сестра того арестованного парня в мой кабинет, кладет конвертик на стол и убегает. Ну, я её ловлю на улице, возвращаю конверт и говорю:

– Никогда больше так не делай!

А после она работала на одном предприятии вместе с моей старшей сестрой. И сказала ей:

– Какой у тебя хороший брат! Давала ему 350 рублей, а он не взял…