Рука потянулась в вожделение к заветной сумке, где хранилась драгоценная жидкость во фляжках. Их было всего-то две. Очень мало для моего огромного, пораненного организма. Наконец-то преодолевая боль в ребрах, ценой неповторимых усилий я достал одну из фляжек и в мой, иссушенный жестокой жаждой, рот потекла прохладной, тонкой струёй сама жизнь. Жестко ссохшиеся губы я ели разлепил, чтоб впустить в себя животворящий поток волшебной жидкости. Теплая вода отдавала алкоголем, что был там до этого, но это было для меня совсем неважно.

Я выпил всю фляжку до дна и моя рука упала без сил, будто я целый день таскал мешки с мукой.

" Как же хорошо-то." - подумал с облегчением я и снова провалился в спасительный сон, что освобождал меня от бешеной и злобной, кромсающей мое тело боли.

Глава 17 Раны любят героев!

Спустя какое-то время я проснулся снова. Меня раздражали непонятные звуки, что доносились со стороны моря. Они разрушали идиллию вечной, морской симфонии, вплетая постоянно в неё чужеродные и такие неприятные нотки. Для меня они были наполнены тревогой и ожиданием явной беды. Сколько я проспал, я точно не знаю

Но, по видимому очень долго. Мои догадки о моём продолжительном сне были основаны не только на ощущение дичайшего голода и жесточайшей жажды. Да, пить мне очень хотелось. При осмотре своего пострадавшего тела я заметил , что оно заметно потеряло свою мышечную массу. Я был невозможно шокирован этим сильно расстроившим меня фактом, но на целую треть я точно похудел и это ни капли не радовало меня.

Невероятно! Я что несколько дней спал что ли? Может и больше.Точнее сказать нельзя. Хорошо, что дикие птицы на мне гнездо не свили. Не хватало тут мне всяких дятлов маленьких ещё.

А-то ведь могли засранцы этакие. От них всякого можно было ожидать.

А еще я почувствовал, что ребра почти не болят, а ноги так вообще в полном порядке. Только легкий шрам остался на том месте, куда меня ранили пушистые зубаны. Земля им вечным адом пусть пылает или океан пусть кипит им жирным супом из серной кислоты. Похоже, что организм использовал внутренние резервы, не дожидаюсь пока я поем. Во всем моем теле царила величайшая слабость. Сломанная нога зажила тоже. Значит у меня была простоя трещина в костях голени. Это были очень хорошие новости. Теперь я уже думаю, что спал я точно больше недели. Ну, и соня все-таки я!

А плохие новости для меня начались с того, что я сильно переохладился и чувствовал, что жар ломит мои кости во всём теле, горло побаливало не очень сильно, но это только начало процесса еще пока. Наверное поэтому у меня была такая ватная, неприятная слабость во всём теле. Не только потому, что я голоден как два медведя по весне вместе взятые, а может и три.

Блин! Какие еще медведи ещё?

Мне срочно пора подкрепиться, чем-нибудь вкусным и питательным. Будет полный вселенский облом для меня, если наловленная мной рыба в безразмерном мешке протухла вся до последней штучки.

А жутко смердящей вони будет сколько! Я вообще реально побаивался залезать в мешок Амиреллы.

Но все-таки я решил рискнуть и запустил с опаской туда свою руку и был бесконечно удивлен.

Мать моя женщина! Да ведь они почти ледяные. Их мне вообще еще отмораживать придется, ну или отогревать так точно.

Я стал вытаскивать такую вожделенную мной рыбу, не думая даже ждать пока она станет пригодной температуры для её потребления. Стал глотать её почти целиком, но потом неожиданно опомнился, вспомнив, что после долгого голодания нужно начинать очень сначала очень умеренно питаться. Лучше бульоном наваристым вообще покушать, желательно диетическим конечно, но где же его сейчас сварганишь.

Как возможно сейчас развести костер в таких-то условиях? Влажность такая вообще большая, что я её чувствовал, вдыхая океанский воздух. Какие тут костры, да и дров скорее всего нету тут совсем, деревьев-то я совсем не наблюдаю поблизости.

Рыбу я все-таки съел, но аккуратно разжёвывая при потребление, можно конечно сказать, что я ее просто сгрыз как сухарь, так как я все равно покончил с ней очень быстро. Хотелось еще, но я решил все-таки сделать небольшую паузу. И только сейчас наконец оглянулся по сторонам, пока только в просто сидячем положение. Вставать так скоро на ноги я слегка опасался, после своих серьезных травм.

Я был на большом каменистом острове, усыпанном хаотично гигантскими россыпями огромных, гигантских камней. Я тот час же понял, что это точно не атолл. Это был остров с очень гористой местностью и большими перепадами высот. Огромные булыжники были усыпаны разноцветными, яркими мхами и птичьими многочисленными гнездами. Тут их была целая колония, а может и несколько.

Но, я лежал не далеко от морских волн в месте, где не было абсолютно ни какого мха. Песчаной золотистой косы тоже не наблюдалось. От слова совсем. Остров вырастал из воды каменной, массивной, несокрушимой стеной.