Читаем Рубиновый рыцарь полностью

— Видишь ли, я провел в ссылке десять лет. Это женщина из Рендора, я жил с ней почти все это время.

— Спархок.

— Это было частью необходимой маскировки — ведь я изображал из себя рендорского торговца.

— Но ты ведь не… — Бевьер не договорил. Спархок был просто уверен, что молодой арсианец покраснел, но темнота скрывала его лицо.

— Конечно да. Иначе Лильяс оставила бы меня. Она женщина с большими аппетитами, а мне нужно было раствориться среди обычного рендорского люда. Я должен был поддерживать с ней отношения, чтобы не привлечь к себе внимания.

— Ты просто потрясаешь меня, Спархок.

— Пандионский Орден умеет взглянуть в глаза жизни. И если для наших целей нужно что-то сделать, то мы делаем это. Не беспокойся, мой друг, ничего страшного с твоей душой не происходит.

— И все же мне необходимо побывать в храме.

С первыми лучами восходящего солнца они покинули свою ночную стоянку. Как только они выехали из лесу, дорога стала ровнее и шире. Иногда с вершины холма было видно поблескивающую в лучах весеннего солнца широкую водную гладь Вэнна. А когда солнце склонилось к закату, окрасив западную сторону неба во все оттенки алого цвета, они добрались до северных ворот города Вэнн.

Снова им пришлось проехать по кромешной темноте узких улочек, больше похожих на пещеры и они снова прибыли к тому же самому постоялому двору, на котором останавливались прежде. Содержатель гостиницы — толстяк пелозианец проводил их в комнаты для гостей.

— С приездом, мои господа, — сказал он. — Как вам понравилось в этих проклятых лесах?

— Неплохо, приятель. Кстати, ты можешь рассказать своим знакомым, что Гэзека теперь нечего боятся. Мы узнали, что было причиной всех слухов и позаботились об этом.

— Благословенны будут Рыцари Храма! — радостно воскликнул хозяин. — Эти слухи отпугивали от Вэнна приезжих торговцев, а для меня они — хлеб.

— Теперь там, в Гэзеке и в лесах все спокойно.

— А это что, было какое-нибудь чудовище?

— Можно сказать и так, — вмешался Келтэн.

— Вы убили его?

— Мы погребли его, — пожал плечами Келтэн и принялся стаскивать с себя доспехи.

— Кстати, приятель, — вспомнил Спархок. — Нам найти найти место, которое называется «могила великана». Ты случайно не знаешь, откуда нам лучше начать свои поиски?

— Это, кажется, на восточном берегу, — ответил хозяин. — Там есть несколько деревень, но не на самом берегу, потому как там торфяные болота вместо берегов, — он рассмеялся. — Их нетрудно будет найти — тамошние крестьяне топят печки торфом. Так что у них там полно дыму. Не увидите, так почуете.

— А что ты думаешь предложить нам на ужин сегодня? — деловым тоном поинтересовался Келтэн.

— Это единственное, о чем ты способен думать, — проворчал Спархок.

— Мы ездили довольно долго, Спархок, и мне нужно немного настоящей пищи. Все вы, господа, конечно, хорошие компаньоны, но вот ваша стряпня оставляет желать лучшего.

— О, мой господин, — воскликнул хозяин. — У меня как раз сейчас на вертеле вот-вот будет готова целая бычья нога.

Лицо Келтэна растянулось в блаженной улыбке.

Верный своему слову Бевьер провел всю ночь в церкви и присоединился к ним только утром. Спархок решил не задавать ему лишних вопросов.

Отряд покинул Вэнн и отправился по дороге на юг, к озеру. На этот раз они добрались дотуда гораздо быстрее, потому что теперь их не сдерживала болезнь Келтэна, Тиниэна и Бевьера.

Около полудня к Спархоку подъехал Кьюрик.

— Мне кажется я уже чувствую в воздухе торфяной дым, — сообщил он. — Здесь где-то недалеко должна быть деревня.

— Келтэн! — позвал Спархок.

— Да?

— Тут поблизости деревня. Мы с Кьюриком поедем туда. Разбивайте лагерь, разводите хороший костер. Может быть мы будем возвращаться уже в темноте. Нужен знак, чтобы нам найти вас.

— Я знаю, что делать, Спархок.

— Хорошо, тогда приступай, — Спархок и оруженосец свернули с дороги и галопом погнали лошадей через поле к небольшому скоплению деревьев примерно в миле к востоку.

Запах торфяной гари все усиливался. Странно было ощущать в открытом поле расслабляющий аромат домашнего очага. Спархок вольготно откинулся в седле.

— Не будь таким уж слишком уверенным, — ворчливо предупредил его Кьюрик. — Дым делает странные вещи с вашими головами. Эти торфяные углежоги не слишком-то надежные люди, уж и не знаю кто хуже они или лэморкандцы.

— Откуда такая осведомленность, Кьюрик?

— Есть способы, Спархок. Церковь рассуждает о вещах возвышенных, знать узнает обо всем из посланий и депеш, а простые люди занимаются делами земными, и кое что знают о них.

— Что ж, я учту это. А вот и деревня.

— Лучше предоставь разговоры мне, когда мы окажемся там, — сказал Кьюрик. — Как бы ты не старался, ты все равно не сможешь походить на простого человека.

Дома в небольшой деревушке были чумазые и приземистые, построенные из серого полевого камня и крытые тростником. Во дворе ближайшего из них на табуретке под открытым навесом доил бурую корову толстый крестьянин.

— Здорово, друг, — сказал ему Кьюрик, спрыгивая с лошади.

Крестьянин обернулся и туповато помаргивая уставился на них.

— Не слыхал ли ты случаем о месте, называемом «могила великана»?