Читаем Рубашка полностью

Лет пять назад я отдыхал летом в Сочи. Тогда я только начал зарабатывать и решил провести лето у моря, пригласил бывшую свою жену, чтобы она приехала с сыном. Отдых получился довольно напряжённым, но мы, то есть моя бывшая жена и я, демонстрировали сыну идеальные взаимоотношения. Те, кто наблюдал за нами, могли бы подумать, что мы чудесная неразлучная пара. А мы гордились собственной выдержкой и благородством. Внешне всё было весьма трогательно, но не случилось такого вечера, как в американских фильмах, когда после разрыва мужчина и женщина вновь встречаются, где-нибудь на побережье, проводят длинный день… Вот они где-то весело обедают и игриво бросаются друг в друга скомканными салфетками или листьями салата, потом купаются и резвятся в волнах, вслед за этим катаются на каруселях или стреляют в тире, среди музыки, вечерних огней и радости приморского городка, а потом на закате открывают бутылку шампанского в гостиничном номере, и он спрашивает шепотом, взяв её за плечи: «Тебе не кажется, что нам стоит попробовать ещё раз… всё начать с начала?» Ну а потом… понятно!

Макс тогда приехал ко мне в Сочи. Ничего не сказал и сделал мне сюрприз…

Поздно вечером мы услышали жуткий шум и громогласную возню в коридоре гостиницы. Я сидел у телевизора и дремал, сын спал, моя бывшая лежала с ним рядом и читала. И вдруг крики, шум. Я выскочил из номера и увидел. Макс прорывался через охранников – и прорвался… Видимо, он столкнулся с сопротивлением ещё внизу, но смог пробиться и увлёк охранников за собой. На голове у него был колпак, синий, с блестящими звёздами. В одной руке он держал большую бутылку шампанского, а в другой много воздушных шаров. Шары заполнили собой всё пространство коридора. Они поминутно лопались, и их лохмотья повисали на нитках. Макс был весь красный, пьяный и очень решительный. С ним было несколько пьяных девок. Они хохотали и тоже были с какими-то элементами костюмов. Одна, например, была наряжена Красной Шапочкой. Макс обрадовался, увидев меня, а я его предал. Я отрёкся от него и даже поругал Макса. До сих пор не могу себе этого простить! Хотя меня можно понять. Я целых две недели изображал благородство… в начале августа… в Сочи! А тут влетает комета свободы и необузданности…

– Ну а куда поедем? Чего так сидеть-то? – спросил Макс. – Саня, не кисни! Я сегодня встал, если смотреть по московскому времени, часа в четыре утра. Если такая вечеринка будет и дальше, я усну. Если в Хемингуэев сегодня не играем, то дай мне тогда найти любовь. Не мешай мне. А то ты-то сейчас в угаре, на тебя сегодня надежды нет. Или давай уже пить. Просто пить! Но надо решить, что делаем. Я бы поел чего-нибудь с удовольствием, только не здесь.

Он выкурил свою сигару едва на треть. Мы попросили счёт и ещё по 50 текилы. Выпили, Макс заплатил, аккуратно завернул остаток сигары в салфетку и протянул мне.

– Возьми, Сань, положи в карман пиджака.

– Я твою сигару докуривать не буду.

– А я и не предлагаю. Это моя сигара! Я её до утра буду курить. Положи её к себе в карман, а то я раздавлю её у себя. А ты аккуратный.

– Не положу. От неё весь пиджак провоняет табачищем.

– А мне её что, в руках держать, что ли?

– Макс! А портфель?

Макс хлопнул себя ладонью по лбу, взял портфель, положил сигару туда и встал, чтобы идти.

– Погоди, – остановил я его, – присядь. Давай обсудим, куда идти сейчас. Чем метаться по морозу, давай в тепле наметим маршрут.

– Давай, – Макс сразу сел.

– Чего «давай»? Надо решить, чего ты ещё хочешь.

– Саня, так тоже не пойдёт, – серьёзно сказал Макс. – Если ты вообще ничего не хочешь, давай разбежимся и ляжем спать. А то ты будешь меня сопровождать с кислой рожей, типа собаку выгуливать. Зачем мне такое веселье?

– Правильно, Макс! Извини… Хорошо… Я думаю, просто, куда лучше всего можно заехать. Я бы сам хотел немного ещё выпить. Но немного! Мне утром надо быть в отличной форме. Мы договорились с ней утром созвониться. – Моё сердце скакнуло вверх и так и замерло на пару секунд от радости. Я вспомнил наш разговор по телефону. Она попросила меня позвонить ей! Она знает, что я её люблю! Сердце вернулось на место, и я смог говорить дальше. – Сейчас такое время, что вот-вот всё только начнётся. Можно успеть в какой-нибудь клуб на концерт, можно… туда, где танцуют, но там громко, а я не хочу сорвать голос, перекрикивая музыку. Можно в казино. Можно поиграть в бильярд, в боулинг…

– Саня, сейчас всего этого добра в каждой деревне полно. Казино, бильярд, боулинг! Сказал, тоже мне! Боулинг! Туда же ходят, типа это спорт и типа это полезно. Курят, пьют, а сами думают: «Мы занимаемся спортом и следим за собой». Такие лица у всех серьёзные в боулинге… Стоит какой-нибудь боулингист, жопа и пузо как шары, ещё держит шар, сигарета в зубах, щурится, и такую позу примет, мол, сосредоточился…

– Не нравится боулинг? Наплюй. Давай в баню поедем.

– В баню? Не-е, я там усну сразу.

– Хорошо, пошли на стриптиз.

– Саня, какой стриптиз? Ты за кого меня принимаешь, я не из моря вернулся и не из тюрьмы вышел. Пошли на концерт.