Комната, в которой он оказался, невелика – три на три метра, не больше. Излишня меблировка делает ее еще теснее: тут стоят два кресла, книжный шкаф, небольшой круглый столик на резной ножке. На стене – накрытая плотной темной тканью картина. Эд поднимается, подходит к ней. Отчего-то он знает, кто изображен на полотне. Рука словно по собственной воле сдергивает завесу.

Да, это она. В глубоких, удивительно живых зеленых глазах – отчуждение и одновременно какой-то скрытый призыв. Одежда – красный атлас с желтой подкладкой, темно-зеленый платок, свободно спадающий на плечи – основа цветовой гаммы картины. Античные барельефы цвета слоновой кости, желтые бабочки, бледно-розовые гвоздики, кровавые маки – все лишь подчеркивает чистую белизну кожи, медную россыпь волос. Она прекрасна – художник сумел запечатлеть ту красоту, которая не передавалась ни одной фотографией, словно красота эта была не внешней, телесной, а внутренней – красотой души…

Сол отступает, садится в кресло, устало прикрыв глаза, надавив на них пальцами. Последние события смешались в жутком хаосе, память отказывается служить. Как получилось, что он оказался в застенках черных мундиров? Где Анна? Впервые за месяцы, прожитые в этом мире, Сол ощущает, что реальность происходящего начинает распадаться. Как во сне, события начинают смешиваться, нарушается их естественная последовательность…

Щелчок замка заставляет его вскинуться, тревожно уставившись на дверь.

В комнату входит незнакомый мужчина. У него длинные седые волосы, свободно лежащие на плечах, орлиный нос и пронзительные серые глаза с янтарным отливом. На вид ему кажется лет пятьдесят, но выдают возраст только седина и морщины на лице. Осанкой, мускулатурой и движениями он кажется моложе.

– Кажется, вы хотели меня видеть, – он уверенным шагом подходит к Солу, прикладывает руку к сердцу. – Гирен Леклидж, доктор натурфилософии Риджкембского университета.

Глава семнадцатая. Воссоединение

– Они ворвались в дом через окна и черный ход. Плен был неизбежен. Бедняга Аридон получил палкой по затылку, с вами обошлись еще хуже. Первый удар вас не остановил, вы стали отбиваться… Вас ударами свалили с ног, потом били уже лежачего.

– Бред. Почему не осталось синяков? Почему я не ощущаю боли? Такое не проходит за пару часов…

– Это уж вам виднее. Завидная способность, скажу я вам. Многие желали бы обладать ею.

Леклидж смотрит на Сола с выжидающей иронией. Кажется, он ждет от собеседника раскрытия некой тайны. Кольцо с черным камнем на мизинце его левой руки притягивает взгляд Эдварда.

– Где Анна? – спрашивает он.

Леклидж отвечает еще одной загадочной улыбкой.

– Спит. Девушка сильно испугалась. Понадобится время, чтобы силы ее восстановились.

– Кто был тот человек… Шкура? Как он проник в подвалы гвардии? Как сумел вытащить меня оттуда?

– Мой ассистент, – Леклидж рассматривает картину, которую Сол так и оставил открытой. – Способный малый, не так ли?

– Предпочитаю не иметь дело с такими способными.

– Это напрасно. Но не будем об этом. С какой целью вы искали встречи со мной?

Сол напрягается. Ситуация сильно изменилась. Трудно представить, что сейчас, будучи разыскиваемым преступником, он сможет запросто наведаться в гости к лорду-хранителю. К тому же Епископальная гвардия знает об этом его намерении и наверняка устроит засаду.

– Сейчас это уже неважно, – отвечает он после некоторой паузы.

– Разве? – усмехается Леклидж. – Ваша супруга в опасности. Если Лэбб избрал ее объектом охоты, он ее достанет – и протекция Д не сможет защищать ее… Ибо и сам Д сейчас на волоске от гибели.

Сол делает глубокий вдох, затем с шумом выпускает воздух из легких.

– Меня уже начинает раздражать всеобщая осведомленность обо мне и моей семье. Не помню, чтобы делился с вами…

– Делилась миссис Эйлин, ваша жена. Ваши действия вызывали у нее немалое беспокойство.

– Как вы познакомились? – с некоторым недоверием спрашивает Сол.

Доктор пожимает плечами.

– В доме Д. Знаете, у вас удивительная жена. Начнем с того, что она – первая известная мне женщина, постигшая Аркану.

– Кого?

Леклидж удивленно приподнимает бровь:

– Я полагал вас более осведомленным. Аркана – тайное искусство обращения с разумом и реальностью. То, что простонародье зовет колдовством.

Сол озадаченно качает головой. Час от часу не легче.

– У нас на родине… в нашем мире… она не могла этим похвастаться.

– Аркана – не предмет хвастовства. К тому же она могла не осознавать своей причастности к великому таинству. Равно как и вы.

– К черту все это, – Сол обрывает Леклиджа, не заботясь о вежливости. – Я хочу видеть жену. Это можно устроить?

– Вполне. Но что вы будете делать, после того как увидите ее?

Сол задумывается. Теперь сказка не окончится счастливым воссоединением любящих сердец. Для них уже приготовлены костры, а Епископальная гвардия не отпускает своих жертв. Нужно бежать – на материк, за море… домой?

– Я хотел бы вернуться в свой мир.

– Вы знаете, как это сделать? – Леклидж снова улыбается, слегка покровительственно, но без скрытого яда.

Сол качает головой: