Читаем Розыск полностью

– Ээ-э, начальник, да разве у меня было время его к себе мордой поворачивать?! А и повернулся бы – все одно замочил бы гада!

– Что ж так? Насколько я понял – за проводника он у тебя был. Без него, ручаюсь, ты бы так далеко от нас не ушел!

– То моя кухня, мои дела… – уклонился от ответа бандит. – Значит, было за что, раз грохнул!

– Товарищ Волков, айдате завтракать! Тушенку разогрел, а чаек уже вот-вот на подходе! – позвал Олега сторож.

От раскалившейся докрасна «буржуйки» в вагончике стало жарко. Пахло дымом, сухим деревом и немного соляркой.

Но все эти запахи перешибал аромат разогревающейся тушенки. Она сердито шкворчала и постреливала жиром на большой сковороде, посередине стола, сбитого из неструганых досок. Рядом со сковородой высилась начатая краюха ржаного хлеба домашней выпечки, красовались две большие луковицы и четыре яйца.

Этот натюрморт дополняли солонка из березовой коры и самодельный нож, с рукояткой, обмотанной алюминиевой проволокой.

– Тарелка или миска есть? – спросил Волков.

– Как не быть? Этого добра навалом. Бери, они там, в шкапчике.

Достав миску из «шкапчика», Олег отложил в нее тушенки, отрезал от краюхи толстый кусок хлеба и поставил еду перед Рыбаковым:

– Ешь.

Бандит взял миску, долго разглядывал ее содержимое, будто там было что-то необычное, потом перевел взгляд на Волкова и, улыбаясь, демонстративно швырнул миску на пол.

Олег поднял посудину и снова поставил ее на тумбочку.

– Что, почувствовал себя в безопасности? Решил поиздеваться? – холодея от ярости, тихо спросил он. – еще одна такая «штучка» – и я поступлю с тобой так, как сочту нужным!

– Застрелишь, что ли? – прищурился Рыбаков. – прав таких не имеешь!

– Там посмотрим, имею или нет. Ешь!

Бандит посмотрел ему в глаза, обдумывая, что именно может предпринять Волков в этой ситуации, и вдруг как-то сник, съежился.

– Ладно, начальник, извини. Нервы… – произнес он примирительно и, как показалось Олегу, несколько заискивающе. – Умыться бы мне… Намылиться то я намылился, да вот бриться, как говорится, не пришлось… Всю шкуру на лице стянуло.

Волков молча сдернул с гвоздя полотенце, смочил его кипятком из чайника и подал Рыбакову. Немного понаблюдал, как тот отпаривает засохшую на бороде мыльную пену, и сел за стол так, чтобы преступник был в поле его зрения.

– Ну что? Начнем заправляться? – спросил Олег у Певнева. – Угощай незваного гостя, хозяин!

– Дак че угощать-то? Все на столе, все на виду. Знай ешь, да не величайся! – улыбнулся в ответ тот.

Позже, когда пили густой, дегтярного цвета чай, Волков спросил у Певнева:

– А что, Федя, не скучно в сторожах-то?

– Дак вы че, решили, че я здесь постоянно? – даже обиделся тот. – У меня права поди есть, пять лет баранку кручу. Просто счас мой «мазон» на ремонте, вот я и поддежуриваю…

– Если так, то извиняюсь! В армии-то где служил?

– Не довелося мне, – помрачнел Федор. – После школы ДОСААФ я уже и повестку получил, на службу собираться наладил, да маменьку на лесоповале лесиной шибко помяло… И по сей день лежит, а я у ей один. Потому и не взяли.

– Да, брат, невеселые дела… – посочувствовал Волков. – Ну, спасибо тебе, Федор, за хлеб-соль! Послушай, а тетрадочки у тебя не найдется? Надо акт задержания составить.

Певнев достал из «шкапчика» ученическую тетрадь в обложке, испачканной автолом.

– Пойдет, че ли? – спросил он. – Грязна уж больно…

– Пойдет, пойдет! Спасибо, брат, выручил! Над актами Олег корпел минуть двадцать – их надо было составлять в трех экземплярах, а копировальной бумаги не было.

Осилив, наконец, эту работу, он пододвинул акты к Певневу и попросил:

– Ознакомься, Федор, и распишись в качестве понятого.

– В качестве кого? – переспросил сторож. – Это что же выходит? В свидетели я попал, что ли?

– Выходит, так… – улыбнулся Олег. Он уже на первый раз сталкивался с этим распространенным среди таежников паническим страхом перед словом – «свидетель». На медведя с одним ножом ходят, а вот в свидетели…

Признаки такой же «болезни» были налицо и у Федора.

– Ну чего ты оробел? Что тут страшного? – спросил у него Волков. – Все просто – читай акт, сверяйся с вещественными доказательствами, они все перед тобой: карабин, патроны, консервы, продукты разные… Это же все из магазина украдено, положено описать и засвидетельствовать. Если какое сомнение в количестве возникает – пересчитай. Одежда какая на преступнике – сам видишь.

– Не-е, не могу я этого подписать! – осторожно, но решительно отодвинул от себя бумаги Певнев.

– Это почему? – удивился Олег.

– Права такого не имею. Выпивал я, понимаш, с ним вчера… Краденым, выходит, угощался! Вообще, понимаш, обмишулился я! В дружки-приятели к бандюге попал..

– А ты как думал? – усмехаясь, перебил его Рыбаков. – Пил, жрал со мной, а начальник – мужик дотошный, все подсчитал! Теперь с тебя, голубь, все через суд вывернут! Так-то.

– Не паясничайте, Рыбаков! – оборвал его Олег. – Прекратите!

– Молчу, начальник, молчу-у-у! – дурачась, поднял руки над головой тот.