Читаем Розовый ручей полностью

Реакция Нелли была непонятной: то ли она не решалась, то ли не знала, что ответить. Молчание затянулось и переросло в обоюдное ощущение неловкости. Наконец, по губам скользнула улыбка. Деймон ждал.

— А меня нельзя считать хорошей кандидаткой в жены, — сказала она с такой обезоруживающей откровенностью, что он был просто ошеломлен. — Моя мать была «синим чулком». И хотя она учила меня хорошим манерам, сама относилась к этому весьма критически. Отец же был врачом, и понимание женской природы было для него гораздо важнее светских манер. Сами понимаете, в результате такого нетрадиционного воспитания из меня вряд ли получилась бы полноценная жена.

— Полноценная жена? — повторил Деймон. Какой странный, однако, ответ. Замечая в ее глазах притворную, как ему казалось, печаль, он ожидал услышать жалостливую историю о загубленной и ничем не восполнимой любви, о том, что именно тем и вызвано ее желание посвятить себя уходу за больными.

— Значит, у вас не было никаких поклонников?

Она снова заколебалась. Очевидно, ей не хотелось быть откровенной до конца.

— Честно? Была один раз помолвлена.

— Если честно, то я бы очень удивился, что у вас не было бы жениха.

Этот случайный комплимент, судя по всему, взволновал ее. Щеки покраснели, и она повернула голову так, что лицо ее спряталось за полями шляпы.

— Мы не подходили друг другу, и я… мы расторгли помолвку.

Опять наступило молчание. У Деймона на языке вертелась масса вопросов. С кем она была помолвлена? Где? Когда? Почему? Почему этот дурак отпустил ее?

Неожиданно Нелли наградила его очаровательной улыбкой. Легкий ветерок играл ее локонами, а на щеках остались слабые следы недавнего румянца.

— Это было печальное время. Стоит ли обсуждать подобные вещи в такой прекрасный день и на таком замечательном пикнике?

Ему очень хотелось продолжить этот разговор, но он решил не настаивать. За ее солнечной улыбкой чувствовалась скрытая боль. Очевидно, Деймон всколыхнул в ней что-то такое, что до сих пор мучило ее. В общем, он понял, что не сможет больше давить на нее, вытягивая новые откровения. В этот момент около них появился слуга, спешивший в кухню с подносом, на котором еще оставалось несколько бокалов с согретым на солнце шампанским. У Деймона поднялось настроение, и он, остановив слугу, снял с подноса два бокала.

— Давайте начнем с шампанского, — сказал он и протянул Нелли бокал. — Тетя Иззи велела нам веселиться, помните?

— Конечно, помню. За доброе здоровье вашей тети!

— Правильно. За доброе здоровье тети Иззи! — повторил Деймон. — Знаете, Тернбулы привозят только самые лучшие французские вина.

Нелли отпила глоток, и ее длинные темные ресницы затрепетали. Она подняла глаза на Деймона и с улыбкой извинения отдала ему свой бокал.

— Я уверена, что так они и делают, но это шампанское явно выдохлось. Наверное, долго стояло на солнце, прежде чем его разнесли по гостям.

— Да, я тоже… чувствую… что выдохлось, — с паузами произнес Деймон, испытывая неловкость от того, что у него в руках оказалось два бокала.

Она подарила ему очаровательную улыбку.

— Но я очень люблю хорошее шампанское.

— Ну что же. Пойду поищу.

Чертыхаясь про себя, Деймон отправился искать вино. То, что они попробовали, было действительно не очень вкусно; он поставил недопитые бокалы на ближайший поднос, а потом снял с подноса у другого обходящего гостей официанта два бокала только что разлитого шампанского с золотыми пузырьками.

Конечно, думал он, любая молодая женщина могла иметь возможность пробовать прекрасные вина, даже привыкнуть разбираться в них. И в Новом Орлеане, и в других городах на побережье привозимые из Европы вина отнюдь не являлись редкостью. Но Деймон был убежден, что идет по правильному пути. Где-нибудь и когда-нибудь Корнелия Линд выдаст себя. Обязательно. Когда он вернулся с новыми бокалами, полный решимости продолжать свои расспросы, Нелли стояла в окружении мужчин, среди которых были Джон и Брэдли Кеннеры, а также Найлджес Истербрук. Молодые плантаторы столпились вокруг, и похожи они были на голодных лис, попавших в курятник.

Передавая Изетте стакан холодного лимонада, Тео посмотрел на нее профессиональным взглядом врача. Обычно он не испытывал никаких проблем с пациентами, когда от него требовалась истинная оценка их состояния, но в случае с Изеттой все было по-другому. Возможно, из-за того, что они были старыми друзьями. Сегодня она выглядела хорошо, даже обольстительно, подумал он, в своем светло-голубом платье, с седыми волосами, собранными короной на голове. Из украшений на ней были потрясающие серьги-камеи. Конечно, все это не отвечало последней моде, но такой стиль был ей весьма к лицу.

— Спасибо тебе, Тео. Ты очень добр ко мне, — сказала Изетта, взяв у него стакан. — Я рада, что ты задержал мальчиков Кеннера и представил их Корнелии. А теперь сядь. Поговори немного со мной.

Она, как королева на троне, восседала в кресле под старым, вековым дубом, поставив палку сбоку от себя. Тео уже давно заметил, что Изетта воспринимает эту проклятую палку скорее как скипетр, а не средство опоры. Тео сел рядом с ней.