Читаем Рожденный разрушать полностью

Но простите, мистер Карритт, если это не участок концентрации ДТП, то не могли бы вы объяснить, почему на этой дороге стоят аж три стационарные камеры контроля скорости и одна переносная? Ведь в департаменте транспорта на этот счет все очень четко прописано. Правила гласят, что камеры могут быть установлены только на участке концентрации ДТП.

В принципе, я не против камер Gatso. Они установлены в населенных пунктах, и это можно понять. Но переносная камера, недавно установленная на открытом участке дороги, — совсем другое дело. И теперь местный мэр говорит, что она стоит там без повода. Отлично. Значит, ее надо снять сию же минуту. А если этого не произойдет, я нарочно остановлюсь и спрошу того, кто ее обслуживает, почему этого не сделали. И если у него не найдется достойного ответа, мне, возможно, придется арестовать его и конфисковать его фургон.

Обожаю такие вещи. Когда отчаянные попытки властей доказать нечто недоказуемое превращаются в очевидный абсурд. Хороший пример — история с глобальным потеплением: паникеры пытаются убедить нас — вот нелепость-то, — что предотвратить конец света можно, только отдав Гордону Брауну £5.

К сожалению, по большому счету, голос одного человека, обнаружившего одну переносную камеру не на своем месте, бессилен, словно комар, пытающийся прокусить слоновью кожу идиотизма, который душит британских автолюбителей мешком правил и штрафов.

Этот мешок на самом деле столь огромен, что на прошлой неделе я впервые подумал: скоро во всей стране не останется места для людей, которые любят машины. А это печально, потому что я как раз ездил на Ferrari 599.

Меня пронзило невыносимое, парализующее осознание того, что стоит мне вдавить педаль в пол, как я окажусь в местном суде быстрее, чем разгонюсь до 60 миль в час. И что нет смысла обгонять Rover, если за углом меня неизбежно ждет еще один. И что в ближайшей деревне какой-нибудь хиппи закидает меня яйцами, потому что из-за моего двигателя V12 небу нехорошо.

Первый раз в жизни я почувствовал, что по-настоящему быстрые машины — самому не верится, что говорю это, — скоро станут никому не нужны.

Однако есть и другие причины, по которым вы не захотите купить модель 599. Когда я впервые в нее забрался, стояла темная ветреная ночь, насквозь пропитанная мелкой моросью. Эту морось нельзя ни увидеть, ни ощутить, хотя промокаешь за несколько секунд.

599-й был безнадежен. Его автоматические дворники никуда не годились. Они либо не работали, либо с отвратительным шумом царапали абсолютно сухое стекло. Фары еле теплились, как свечки в банках из-под варенья. Обогреватель не грел, а кондиционер не охлаждал. Более того, радио разговаривало только по-немецки, и вообще эта огромная машина никак не вписывалась в наши узкие улочки.

Возможно, Ferrari задумывали эту модель как комфортабельный крейсер для долгих путешествий. Может быть, они очень хотели сделать ее машиной на каждый день. Но пока я ехал на ней, прижавшись к краю дороги, с трудом уворачиваясь от встречных Mini, ослепленный «рассеянным» внутренним светом, я убедился, что их попытка с треском провалилась. Я предпочел бы объехать парижскую Триумфальную арку на рикше.

А руль? Боже, о чем они только думали! Интерьер этой машины обычно представляет собой смесь стиля и эпатажа, такую же классически итальянскую, как солнечные очки Софи Лорен. Но тут прямо посреди всего этого торчит квадратный руль. Да-да, именно квадратный, как в учебнике геометрии, как у Austin Allegro![228]

Хуже того, салон наполовину отделан углеродным волокном, а наполовину — кожей. К тому же внизу куча всяких кнопок в стиле «Формулы-1», а сверху — ряд красных лампочек, которые указывают вам, когда переключать передачу. К сожалению, эти лампочки настолько яркие, что создается ощущение, будто вас поймал наводящий ужас взгляд марсианского космического корабля. Так что вам не до переключения передач. Вас ждет катастрофа.

Безделушки в стиле «Формулы-1», понатыканные в этом элегантном салоне, раздражали меня почти так же, как то, что под капот над радиатором они втиснули носовой конус все в том же стиле «Формулы-1». То есть предполагается, что владельцы этой машины будут поднимать капот, чтобы похвастаться перед друзьями двигателем. Это как достать член на вечеринке. Ужас.

Тут я хотел бы перейти к достоинствам этой машины. Но, боюсь, не получится. Пассажирское сиденье дребезжало, а из-за кривого дифференциала при медленном правом повороте зад машины ужасно вибрировал, поскольку внутреннее колесо не ладило с более быстрым внешним колесом. Как Ferrari могли провалиться там, где даже у бельгийской армии все бы получилось? Да, и, кстати, у нее полуавтоматическая коробка передач, которую мог бы выбрать только законченный позер. В обычном режиме она терпимо кошмарная. Но у нее есть режим «гонка», настолько ускоряющий переключение передачи, что человеку его не отследить. То есть в этом режиме каждое переключение будет отрывать вам голову.