Читаем Роза и Рикардо полностью

— Ах, так вы уже видели журнал? Я как раз ждала, когда мне привезут из редакции заказанные экземпляры.

— Да, я видел и горжусь, что моя особа привлекла внимание столь высокопрофессионального фотомастера. Мне кажется, что это событие стоит отпраздновать. Итак, я жду вас в пять часов.

— Хорошо, — тихо проговорила Лаура.

Она положила трубку и почувствовала, что ноги ее не держат. Интуиция подсказывала ей, что сегодняшняя встреча не может быть такой же, как предыдущие. Лаура долго обдумывала свой наряд, подбирала туфли, серьги, украшения, примеряла то одно, то другое. Окончательный результат был весьма успешным. Она выглядела гораздо моложе своих лет, светлые волосы пушистым облаком окружали ее хорошенькое личико, щеки порозовели от волнения. Лаура дала поспешные указания служанке и няне Феликсито и вышла из дома.

Через некоторое время она нажимала кнопку звонка у квартиры дона Серхио. Когда он отворил ей дверь, у нее перехватило дыхание. Он был такой высокий по сравнению с ней, ему так шли его пышная шевелюра и парадный светло-серый костюм с галстуком, а его темные глаза, казалось, приковывали взгляд Лауры, как магнит.

Он обнял Лауру и поцеловал ее, и она поспешно отстранилась, чтобы не потерять самообладания. Она прошла к журнальному столику, где были разложены свежие экземпляры журнала с интервью дона Серхио и фотографиями, сделанными Лаурой.

— Ну что ж, если главный герой доволен, значит, фотограф сработал неплохо, — сказала Лаура.

— Больше чем доволен, — произнес Серхио, пристально глядя ей в глаза. — Мне кажется, что в ваших снимках проявилось ваше скрытое отношение и то, что вы не осмеливаетесь выразить словами.

— Ну, вы мне приписываете немыслимую глубину, — сказала Лаура, пытаясь сохранять непринужденность. — Боюсь, что на самом деле я гораздо прозаичнее.

Серхио только начал отвечать, но в этот момент их прервал телефонный звонок. По обрывочным репликам Лаура поняла, что речь идет о каком-то семейном деле.

Серхио вернулся к ней слегка смущенный.

— Милая Лаура, — сказал он, — я прошу у вас снисходительности, если вы позволите мне отлучиться на полчаса. Это звонила моя бывшая супруга, мать моего младшего сына Констанцио. Она вообще женщина взбалмошная, у нее вечно происходят недоразумения. Сейчас она должна была отвезти мальчика к бабушке, то есть к моей высокочтимой матушке. А поскольку к ней именно сейчас должны приехать какие-то родственники из провинции, она не может отлучиться и просит меня отвезти Констанцио. Вся поездка займет не более тридцати пяти минут. Я бы просил вас сопровождать меня, если вам угодно или оказать мне честь подождать в этой квартире.

— Я лучше подожду, - сказала Лаура, которой не улыбалась мысль показаться на глаза родственникам дона

Серхио засуетился и принялся уставлять журнальный столик, у которого сидела Лаура, фруктами и напитками. Он даже принес мороженое. Видно было, что он приготовился к приему гостьи.

— Ваша доброта и снисходительность не уступают вашей красоте, донья Лаура, — говорил он, готовясь к выходу, — Мне неловко оставлять вас одну, но вы же понимаете, родительский долг дело священное. Я буду неотрывно с вами в мыслях и через недолгое время предстану перед вами во плоти.

«Довольно многозначительное обещание», — подумала Лаура, прихлебывая из бокала мартини, которое ей налил дон Серхио. Впрочем, она уже прошла фазу нерешительности и сомнений и чувствовала себя уютно и расслабленно в этом мягком кресле. Она уже ничего не боялась, не вспоминала о доме и, слушая приятную музыку, которую включил перед уходом дон Серхио, представляла, что мягко покачивается на волнах.

Ее мечтания были прерваны звонком в дверь. «Странно, я считала, что дон Серхио откроет дверь своим ключом», — подумала Лаура и пошла открывать.

Она открыла дверь и обомлела. На пороге стояла миловидная девушка лет двадцати, темноволосая и стройная, в облегающих блузке и брюках.

Девушка, казалось, гораздо меньше смутилась, увидев Лауру. Она спокойно вошла и огляделась.

— Извините меня, если я не вовремя, — сказала она. — А где Серхио?

— Дон Серхио отъехал ненадолго и скоро вернется, — сказала Лаура, с трудом выдавливая из себя слова.

— Ах, вот что. Получается, что я вам помешала. Извините, я даже не представилась. Я Инес Кинтана, изучаю историю и этнографию в университете.

Лаура заколебалась. С одной стороны, ей не хотелось называть свое имя, а с другой — рядом на столике лежали журналы, которые могли послужить прекрасным объяснением.

— Меня зовут Лаура Каналес. — Она намеренно назвала то имя, под которым публиковала свои работы. — Я недавно подготовила фотоочерк и интервью с доном Серхио, которые теперь опубликованы, — она показала рукой на журналы.

— Как вы смешно его называете: «дон Серхио», — засмеялась девушка. Она, казалось, чувствовала себя абсолютно непринужденно, спокойно уселась на диван и стала накладывать себе на тарелку фрукты из хрустальной вазы.

— Скажите, — нерешительно произнесла Лаура, — вероятно, дон Серхио консультирует вас как студентку, изучающую историю и искусство?