Читаем Роза для Палача полностью

Некоторое время Богдан напряженно молчал. До меня доносился лишь приглушенный мужской голос его собеседника, который говорил на иностранном языке.

– Ты перешел черту, – ответил он наконец. – Во-первых, я никуда не поеду, а во-вторых, никакой свадьбы не будет, а если ты еще раз сунешься в мою личную жизнь, я сделаю себе вазэктомию. Нет, это ты сошел с ума!

Богдан сбросил вызов и заковыристо выругался на латыни. Я даже уважительно удивилась его познаниям. Выражение определенно стоит записать, чтобы не забыть!

– Прочешите окрестности, стрелок не ушел далеко, – отдал он приказ по телефону, а потом позвал меня: – Роза, вылезай.

Кряхтя, я выползла и чихнула от пыли.

– А это кто? – спросил Богдан, увидев котенка в моих руках.

– Лаки, – отряхиваясь одной рукой, сообщила я. В конце концов, этот счастливчик мне жизнь спас.

– Как ты?

Богдан подошел к нам и заключил в объятия.

– Жива. Я могу узнать, кто это твоих любовниц отстреливает?

Что-то не везет мне с кавалерами. Рядом с Мишей чуть не похитили, с Богданом едва не убили.

– Отец, – поморщился он.

И тут меня пронзило подозрение.

– Слушай, а это тогда не меня похитить хотели? Да ладно! – ахнула я, прочитав ответ по его лицу. – У тебя отец полный отморозок?

– Похищение – это не он. Охотились за вещью, что оставила тебе мать. Пойдем вниз, тебе стоит выпить, – сказал Богдан, заметив, что я дрожу.

Через десять минут мы с котенком уже лежали на диване, укрытые двумя пледами, и я потягивала глинтвейн. От горячего вина тепло распространилось по всему телу, и меня перестало знобить.

Некоторое время Богдан расхаживал туда-сюда, слушая по телефону отчеты своих людей, потом выслушал мой короткий рассказ и ушел на кухню готовить ужин. Мне помогать не разрешил, да я сильно и не настаивала. Судя по всему, стрелок сбежал, и он злился. Я решила не лезть с расспросами.

Когда донесся аромат жарящегося мяса, котенок драпанул от меня на кухню. Я же осталась лежать, раздумывая о том, что, встречаясь с Богданом, я боялась потерять голову, но и подумать не могла, что могу ее лишиться в прямом смысле этого слова.

К телефонным разговорам Богдана я перестала прислушиваться, но одно имя привлекло мое внимание. Хан! Да и тема не касалась покушения. Я навострила уши.

– Отец сошел с ума, и Магистры тоже. Знаешь, что они обсуждают? Перестать миндальничать с владелицами и сжигать скверну вместе с ними. Да, без разбора. Кому-то костры инквизиции спокойно спать не дают. Теперь в ответ на события в Риме собираются действовать жестко. Помимо того, что все на ушах и ищут вас, сейчас особенно носом землю роют в поисках скверны. Им нужен показательный процесс. Хорошо, я мать Розы успел вывести из-под удара. Да, мое своеволие не оценили, даже Верховный звонил, выразил неодобрение, но плевать.

«Ого! Происходящее стало обретать новые подробности», – изумилась я.

– Да… Встречаемся… Кто бы говорил!

«Встречаемся?» – ухватилась я за слово. Это он о нас? Сама бы наши отношения немного по-иному охарактеризовала.

– Савицкий со своей любовницей ночью погибли, упали с моста. Магистры в ярости. Они бы стали идеальной парой для процесса. Нет, тела не нашли. Река.

Богдан дальше стал рассказывать про других людей, а я незаметно задремала, убаюканная его голосом. Сил думать о том, кем на самом деле он является, не было. «Магистры», «костры инквизиции» – все это наводило на размышления о тайной организации. Тамплиеры? Масоны? Богдан носил необычное кольцо на пальце, явно сделанное на заказ, и знаки там занимательные. И знание латыни указывало на связь с церковью. В общем, из серии тех тайн, что меньше знаешь – крепче спишь.

Проснулась я оттого, что котенок на полу играл с бахромой пледа и тянул его, постепенно стаскивая с меня. Богдан все еще разговаривал.

– Хан, это безумная затея. Мне надо подумать. Еще несколько дней назад я бы высмеял тебя, но знаешь, я встретил одну девушку… Она сказала, что знала меня в прошлом.

«Та-а-к, а с этого места поподробнее!» – Я даже села, заинтересовавшись.

– Не зубоскаль! Это она мне в прошлом году Арсеньеву сдала. Она изменила прошлое… Да… Нет, там два вида перчаток и платок. Где я их тебе возьму?! Не дави! Нужно подумать. Я позвоню.

Некоторое время на кухне царила тишина, а потом раздались шаги, и появился Богдан.

– Проснулась? А я собирался тебя будить. Идем ужинать.

– Ты котенка покормил?

– Этот нахал слопал уже два куска мяса, попытался закусить моим ботинком и устроил себе туалет в горшке с фикусом, – отчитался он.

– Вот что значит растущий организм, – усмехнулась я. – А ты с кем говорил?

– Друг. Он сейчас как бы в бегах. Хочет втянуть меня в авантюру.

– Я слышала про изменение прошлого.

– Он задумал нечто подобное. После всего, что натворил, спасая свою женщину, им обоим не жить. Рано или поздно поймают, и это их единственный шанс уцелеть.

Богдан говорил об этом так спокойно, как будто о чем-то обыденном. Господи, мы точно в одном мире живем? Изменить прошлое? Серьезно?! Я бы наверняка посоветовала ему телефончик хорошего психиатра, если бы родная мать не привезла мне непонятные старинные панталоны с сюрпризом.