Читаем Ровена полностью

Он знал, что в следующее мгновение осуществится перемещение в космосе на невероятное расстояние, разделяющее Капеллу и Каллисто. Вопреки его ожиданию, это не заняло много времени. Он ощутил момент телепортаций и вызванное ею чувство дезориентации, которые — он знал — ему и полагалось ощущать. Ничего удивительного, что Праймы, которые так чувствительны, с трудом путешествуют даже на пассажирских лайнерах. И конечно же Афра уловил перехват, когда Капелла передала его капсулу Ровене.

«Афра! Ты сообщил сестре, что Ровена сдержала свое обещание?»

Ментальный голос Ровены, ничем не похожий на голос Капеллы и вообще на какой-либо слышанный им голос, серебристо прозвенел в его сознании. Контакт отличался блеском, живостью и глубиной, которые сразу же очаровали его.

«Я сказал ей, что отправляюсь на Каллисто».

«Ну что ж, ты уже здесь. Добро пожаловать, Афра! Заходи в Башню. — В его голове серебряным звоном рассыпался ее смех. — Знаешь, мне кажется, что Госвина была права. Посмотрим».

Крышка капсулы откинулась, и мужчина с нашивками начальника станции протянул юноше руку.

— Афра? Брайан Аккерман. — Они пожали друг другу руки. — Хорошо же вы растете на Капелле! — произнес он, когда Афра поднялся на ноги и выпрямился, прилично возвышаясь над приземистым начальником станции. — Ровена любит устраивать всякие штучки, но ты не позволяй ей выводить себя из равновесия, — добавил он низким приглушенным голосом, из чего Афра заключил, что Брайан, осмелившись на совет, оградил свое сознание.

Юноша кивнул и последовал за начальником станции в Башню, с удивлением отметив, что Башня Каллисто имеет куполообразную форму. Станция фактически представляла собой группу куполов различной величины, к ним прилегало огромное стартово-посадочное поле с приемными комплексами: от самых маленьких — для личных капсул, куда он только что приземлился, — до огромных сложнейших металлических конструкций, в которые принимались большие пассажирские лайнеры или военные корабли. Полнеба занимал Юпитер. Афра подавил инстинктивное желание пригнуться и спрятаться подальше от огромной планеты. Наверняка он привыкнет к ее несколько давящему присутствию. Кроме того, он обнаружил, что дышит часто и неглубоко, и заставил себя дышать как следует: на спутнике вполне хватало воздуха.

— Ты привыкнешь, — заметил Брайан Аккерман, улыбаясь.

— Это настолько видно? — спросил Афра.

Брайан ухмыльнулся.

— Все чувствуют присутствие старика, а иногда само ощущение чуждого мира, — он взмахнул рукой, показывая на купола, — прямо-таки выбивает из колеи людей, выросших на других планетах.

Тем временем они подошли к зданию, называемому Башней больше по привычке, чем по внешнему виду, так как оно представляло собой всего лишь одну высокую секцию, которую только при большом желании можно было считать башней. Административное же здание было трехэтажным и более компактным. Плексигласовые окна имелись только на возвышающейся секции, собственно говоря, они составляли ее верхнюю часть, купол, открывая таким образом необходимый Прайму полный круговой обзор. Под фасеточными крышами горели огни: дополнительный свет стимулировал развитие растений. Фосфоресцирующего света Юпитера явно не хватало для вегетации. К своему удивлению, Афра заметил даже небольшую рощицу деревьев, видневшуюся позади прижавшегося к земле здания, справа от Башенного комплекса.

— Дом Ровены, — пояснил Брайан, проследив за взглядом гостя, и распахнул перед ним двери административного здания. — Она там живет. Праймы неохотно путешествуют, ты же знаешь, а на выходные она отправляет нас на Землю.

В главном зале управления вдоль стен тянулись консоли и рабочие столы, в данный момент вполне прибранные, очевидно, персонал станции заканчивал операции. Голоса присутствующих сливались в неясный гул. Все проявили значительный интерес к спутнику Аккермана.

Уловив ментальный шум в зале, Афра понял, что в нем узнали Т-4 с Капеллы. «Больше никаких «зеленых пинт», — подумал он тихо и улыбнулся. Если он понравится Ровене, то даже сможет повидаться со старым Дамитчой, который вышел на пенсию и жил на Земле, в Киото.

До него долетали только неопределенные, иногда оценивающие мысли. Некоторые выражали сожаление, некоторые — невысоко оценивали его шансы, но улыбок было достаточно, чтобы он почувствовал, что ему рады.

— Сегодня ты прибыл последним транспортом, — сказал Брайан. — Кофе?

— Кофе? — удивился Афра. Ему предложили жидкость, содержащую кофеин, которую конечно же не употребляли на Капелле. — Я не против выпить чашечку. — Эту фразу он выудил из сознания Брайана.

— Ты любишь черный, с молоком или с сахаром?

— А ты?

— Ты что, никогда не пил кофе?

— Никогда, — улыбнулся Афра.

— Тогда рекомендую попробовать черный и посмотреть, как он тебе понравится. А потом можно добавить молоко и подсластить по вкусу.