Читаем Роуэн из Рина полностью

Дракон повернул голову и снова яростно зарычал. Его белая шея, которую он сам себе расцарапал, когда пробовал вытащить косточку и избавиться от своих мучений, сейчас была совершенно беззащитной.

Роуэн примерился и метнул компасом в это уязвимое место. Компас ударил сильно, точно камень, и Дракон зарычал еще страшнее, заметался от боли и ярости, замотал головой из стороны в сторону и поднял наконец хвост, которым он прижимал Силача Джона.

Все это длилось какой-то миг, но Роуэн успел вытянуть Силача Джона и, спотыкаясь на ледяном полу, увлек его к выходу из пещеры. Затем, на мгновение приостановившись, Роуэн швырнул свернутую карту, как палку, прямо в голую шею. Дракон издал злобный вопль и схватил карту зубами, отвлекшись от Роуэна и Силача Джона на несколько драгоценных секунд.

Этих секунд для Роуэна и Силача Джона оказалось достаточно, чтобы выбраться из пещеры. Теперь надо было куда-то спрятаться, затаиться и переждать, чтобы спастись от ярости Дракона.

Да, путь завершился. Они ничего не нашли на Горе, и дорогу домой им тоже не отыскать. Они проиграли. «Мамочка… Звездочка…» — всхлипывал Роуэн. Сердце у него разрывалось от горя, но он бежал.

Снег перед входом в пещеру совсем растаял от пламени, что изрыгал Дракон, и теперь перед ними была большая лужа, в которой плавали льдинки. Роуэн и Силач Джон скользили, падали, с трудом поднимались и бежали дальше.

Глаза Дракона горели красным светом, клубы дыма, пламени, словно от тысячи печей, вырывались у него из ноздрей и рта, обжигали храбрецам ноги, превращали лед в кипяток и горячий пар. Роуэн и Силач Джон катились, ползли, убегали по тающему льду, едва успевая уворачиваться от языков пламени.

И тут послышался какой-то хруст, и лед у них под ногами пошел трещинами. Лед, что образовался за много дней, пока Дракон был нездоров, теперь от жаркого пламени начал таять. Прохладная вкусная вода показалась над ледяной коркой и устремилась в подземное русло, через которое она когда-то текла с вершины Горы. Поток неожиданно подхватил Роуэна и Силача Джона и понес их, точно щепки. В одно мгновение они очутились под землей. Дракона больше не было видно. Но не было видно и неба. Вода тянула их за собой, и они не могли сопротивляться ей.

Вокруг были только темнота, гладкие, точно стеклянные, скалы, ледяная вода и оглушительный грохот. Роуэн схватил Силача Джона за руку. Он наконец понял, что случилось. Они открыли секрет потока. Вода все прибывала и увлекала их за собой. Они освободили ее из ледяного плена. Теперь она свободно потечет дальше, по длинному крутому руслу, по которому она всегда стекала с Горы. И она возьмет их с собой и понесет все ниже и ниже — прямо в Рин.

Вэл и Эллис проснулись перед рассветом оттого, что кто-то тихо стучался к ним на мельницу. Они открыли дверь и увидели грязных, оборванных Марли и Аллуна, которые от усталости еле держались на ногах. Брат и сестра провели их к себе, промыли им раны, напоили и накормили. Только после этого они выслушали рассказ о страшном пути назад — через топкое болото, затянутое туманом, Лес с пауками, скалы и крутые утесы — к подножию Горы. Все четверо озабоченно переглянулись, подумав о том, что могло произойти в пещерах, на самом верху Горы.

— Храбрый был Джон, — сказала наконец Вэл.

— Что ты хоронишь-то его?! — воскликнул Аллун, возмущенно оттолкнув свою чашку.

— Все равно это скоро случится, — упрямо продолжила Вэл. — Вместе с ним и Рин можно будет хоронить. Он на Горе совсем один. Что он там делает? А в живых он точно не останется.

— Он не один, — возразила Марли, — с ним Роуэн.

Вэл и Эллис посмотрели на нее как на сумасшедшую.

— Да на что Джону этот заморыш? — бросила Вэл. — Рядом с ним должен быть кто-то смелый, храбрый и…

— С ним было пятеро смелых и храбрых, — подняв голову и глядя Вэл прямо в глаза, ответил Аллун. — Ну и что? Где он и где они?

Марли закрыла лицо руками.

Наконец заговорил Эллис:

— Скоро рассветет. Надо пойти к Джиллер. Она сейчас должна быть с букшахами либо у озерца, либо на лугу. Придется рассказать ей, что случилось.

У всех четверых покинувших мельницу было тяжело на душе. Когда они добрались до пересохшего озера, небо на востоке стало розовато-золотистым. Джиллер, туго повязав голову платком, уже стояла там вместе с Аннад. Она смотрела на Гору, дрожа от ледяного ветра, потом обернулась и увидела их. Грусть на ее лице сменилась ужасом, и она вскрикнула:

— Аллун! Марли! Что случилось? Где Роуэн? Где Роуэн?

И в этот момент на Горе зарычал Дракон, и рев его пронесся по округе, точно раскаты грома.