Читаем Россолински полностью

Говоря об «оккупантах», украинские националисты в первую очередь имели в виду Польшу и СССР, считая врагами всех неукраинцев, которые проживали на «украинских этнических территориях», в частности евреев, поляков и русских. К украинцам, которые не поддерживали стремление ОУН к проведению государственной и ультранационалистической революционной политики этнической однородности, так же относились как к врагам, особенно если те сотрудничали с польскими властями. Одной из таких вражеских структур было УНДО - крупнейшая украинская партия II Речи Посполитой, которая ставила своей целью образование украинского государства законными средствами. Тем не менее мы не должны забывать о том, что между ОУН и правым крылом УНДО в это же время имело место и неофициальное сотрудничество¹⁹¹.

Для достижения своих политических целей ОУН взяла на вооружение две концепции: «перманентную революцию» и «национальную революцию». Эти два понятия были взаимосвязаны, но не были идентичными. «Перманентную революцию» понимали прежде всего как процесс подготовки украинского народа к «национальной революции», которая, в свою очередь, должна была стать восстанием или революционным актом, в результате которого ОУН победит своих врагов и создаст украинское государство¹⁹². Планируя революцию, ОУН рассчитывала объединить различные слои общества, которые и помогут ей захватить власть. В качестве образца ОУН использовала опыт различных революционных организаций: польских и русских (XIX-XX вв.) и современных фашистских и ультранационалистических. ОУН рассчитывала, что следом за захватом власти на «украинских этнических территориях» будет создана однопартийная система и ей будут подчинены все нелояльные элементы. Предусматривалось, что новая власть будет представлять все социальные слои украинцев (чья лояльность к ОУН будет усилена специальными мерами), а государство, которое ОУН образует после революции, будет диктаторским. Демократия была для ОУН враждебной и опасной политической системой, которой члены ОУН не доверяли из-за ее ненационалистического характера¹⁹³.

Непосредственной мишенью деятельности УВО и ОУН была П-я Речь Посполитая, к которой они относились как к «незаконному вражескому оккупанту украинских этнических территорий»¹⁹⁴. Чехословакия и Румыния не рассматривались ОУН как крупные враги. Ни УВО, ни ОУН не осуществляли свою деятельность на территории советской Украины, но они считали СССР самым опасным врагом украинцев и основным оккупантом украинской территории. 22 октября 1933 г. ОУН впервые предприняла нападение на представителя советской власти: оуновец Николай Лемик совершил во Львове (ил. 77) попытку убийства советского консула, по ошибке

застрелив секретаря консульства Алексея Майлова¹⁹⁵. Следует отметить, что деятельность подпольщиков не оставалась без внимания соответствующих органов. Представительские среды УВО и ОУН, находившиеся в различных европейских странах, были плотно инфильтрованы осведомителями польской разведывательной службы¹⁹⁶.

УВО и ОУН пропагандировали западноукраинскую (галицкую) форму национализма. Они считали, что советские украинцы одобрят их планы по «освобождению Украины». Однако во время Второй мировой оуновцы воочию убедились, что к этническому национализму, расизму и фашизму восточные украинцы испытывают неприязнь. Западноукраинская форма национализма была не вполне совместимой и с менталитетом волынских украинцев, которые также испытывали большие трудности с пониманием ее мистических компонентов¹⁹⁷.

Разрыв между поколениями и преобразование в массовое движение

Изначально ОУН была разделена на два поколения: старшее (представители которого родились около 1890 г.) и младшее (тех, кто родился около 1910 г.). Представители обоих поколений отличались друг от друга по многим признакам. Наиболее важным из них был опыт насилия и жестокости, который представители старшего поколения приобрели на фронтах Первой мировой. У представителей молодого поколения этот опыт отсутствовал, и поэтому они романтизировали войну и в большей степени были склонны к использованию насилия. К старшему поколению относились, среди других, Евгений Коновалец (1891-1938), Андрей Мельник (1890-1964) и Рико Ярый (1898-1969). Военную подготовку эти люди получили еще в Австро-Венгерской армии, а затем сражались в боях за украинское государство. Некоторые из них после Первой мировой эмигрировали в Германию, Чехословакию, Италию и Литву, что было результатом либо давления со стороны польских властей, либо их собственного выбора¹⁹⁸. Наиболее значительными представителями ОУН за пределами украинских территорий были: Рико Ярый (ил. 36) в Берлине, Евгений Онацкий (ил. 78) в Италии, Осип Ревюк («Иван Бартович») в Литве и Андрей Федина в Гданьске (Данциг)¹⁹⁹.