Что в этом случае понимать под греховностью магии: культурная инаковость, неприятие альтернативных отношений или обращение к сущностям невидимым, но лежащих до Бога? Грех культурной инаковости не введён в канон грехов, нет греха за различение культур за пределами культуры Церкви; неформальные отношения с Богом, то есть отношения за пределами Церкви, также не являются грехом, и потому грехом скорее будет выступать неформальное отношение в пределах формального отношения. Что максимум, будет греховно считать, что Бог действительно может в обход собственной воли влиять магу в его угоду. Этого, однако, не возникнет, если маг будет обращаться к сущностям по-типу демонов и ангелов; ересью считать ангелов за Богов и им поклоняться, но не еретично с ними вступать во взаимодействие, тем более, если канон церкви признаёт существование как тех, так и других. Если принять этот факт и обращаться к ним, то в этой связи индивид примет и христианскую диалектику.

Если же не принять предлагаемую каноном систему сущностей, то почему бы в этом случае не обратиться к собственной системе, – этот вариант является наиболее приближенным к греховному, так как такие сущности могут быть за пределами культуры. И тут, опять-таки, мы получаем вопрос: требуется ли нам канон христианских сущностей, или нам достаточно, чтобы те были лишь интегрированы в культуру, ту или иную. Последний случай обязывает иметь чёткую диалектику мира, и христианство ей может дать здоровое выражение, чтобы не пуститься в мистицизм. Если же требуется канон, то стоит сказать, что в Христианском каноне действительно существует признаваемая структура ангельского мира и соответствующих иерархий, демоны же и прочая нечисть исходят здесь как внутрикультурные сущностные выражения, и по своему существу являются в понимании культурными пережитками. То есть здесь культурное понимается как злое, так как противоречит канону добрых сущностей (или установления с ними отношений), а не потому, что отсутствует культура установления с этими сущностями отношений.

Каноны добрых сущностей – это ангелы и святые, чьи функции могут быть выражены в структуре языческого отношения как к “Богам”, и только потому могут пониматься греховными, как в связи с тем, что им поклоняются, а не выстраивают с ними взаимодействие.

Если же все языческие сущности есть зло в обход их “добрых” функций самих по себе, даже если им не происходит поклонений как богам, то магия как раз понимается как зло, внутри которого заложен смысл о греховности постижения всякой иной культуры, кроме христианской. Можно сказать, что греховна деятельность за пределами христианской культуры, так как та не входит в область её реальности, а значит, что путешествие за этой реальностью греховно, так как человек греховен с грехопадения по своей природе, и только таинство Причастия есть единственное, что позволяет ему быть с Богом в прямых отношениях. Грех, отсюда, есть все, что находится за пределами церкви, и это есть естественное состояние человека. При этом человек не обязан быть злым во грехе, так как зло здесь будет лишь отсутствие культуры, а грех – это жизнь за пределами церкви.

Если же греховно поклонение сущностям как богам, то здесь христианство выступает в противодействие с “языческим” миром лишь тем, что не признает сущностей как Богов, так как знает, что это не проявления Бога, а только лишь существующие отдельно ангелы, демоны, естественные явления и святые. То есть здесь Христианская диалектика понимает грех как заблуждение в отношениях с эзотерическим, а зло – как отсутствие какого-то определённого институционализированного регламента отношений. В этом смысле, если сохранить регламент отношений и не заблуждаться в том, как выстраивать с сущностью отношение, то магия не будет являться греховной, даже если речь идёт о гоэтии.

Принятие оккультизма

Необходимость