Читаем Росинка полностью

Сила новых стихов

Ярче сделает жизнь.


Пусть сегодня строка

В твоё сердце войдёт,

Новой дружбы рука

Жизнь кому-то спасёт.


Может, просто один

Ты не будешь сейчас,

И рассветы любви

Сможешь с кем-то встречать.


Может, ты от забот

Отдохнёшь лишь чуть-чуть,

Сила новых стихов

Ярче сделает путь.


***

Нет границ у Земли, безграничны сердца,

У бездонной любви не бывает конца.

Нет границ у Небес, значит, Вера – одна,

И Источник – один у чудес и добра.


Может, вспомним Творца, пусть души яркий свет

Озарит нашу жизнь, встанет Новый Рассвет.

Может, дружбы огонь сблизит страны, людей,

Чтоб, как звёзды, зажглись миллионы идей.


Нет границ у Земли, нет границ у Небес,

Для людей, что смогли верить в силу чудес!


***

Убегу в босоногое детство,

Убегу в земляничный мой край,

Чтоб душой хоть на миг отогреться,

Двери, память, прошу, отворяй!


Там искрятся в лучах мои реки,

Там сияют от счастья глаза,

Там, где живы ещё мои предки,

Там душой заблудиться нельзя.


Где разливы заходят к нам в домик,

Пароходы плывут по реке,

Там, где дорого всё и знакомо

В этом тёплом чудесном мирке.


Монастырские старые стены,

Утомлённые лики святых,

Где Алёнкой зовут, не Еленой,

Не жалеют объятий своих.


Там на лодке катают родные,

На рыбалку на мостик бежишь,

Это всё у меня не отнимешь,

Как любовь этих мест дорогих.


Убегу в босоногое детство,

Хоть на миг, хоть на час убегу,

Чтоб душой в тех местах отогреться,

Всё в стихах для тебя сберегу…


***

Непроглядная ночь, даже звёзды немы,

Бледно-жёлтый огонь от холодной луны,

Ветер гнёт тополя и летит белый пух,

Как искусственный снег, как навязчивый слух.


Только травы дрожат, где коснётся любовь,

Я боялась тебе причинить чувством боль,

И боялась объятья свои разорвать,

Я мечтала себя, как любовь, даровать.


Мы стояли вдвоём, я прижалась к груди,

Мне казалось, в ночи мы остались одни,

Бледно-жёлтый поток от холодной луны,

Непроглядная ночь, даже звёзды немы…


***

В этой жизни иду я пешком,

Где же крылья?

Кто сегодня со мной не знаком,

Те – забыли…


В этой строчке мне видится дом,

Может, детство,

Я живу, наполняю стихом

Чьё-то сердце…


В этом мире ко всем я с добром,

Чувствуй песни,

Кто уснули, проснитесь с стихом,

Будем вместе…


Я мечтаю совсем о простом

Рядом с Богом,

Даже те, кто со мной не знаком,

Слушай Слово!


***

Не закончены строки

И не сложены судьбы,

Откровенность не смолкла,

И крепки наши руки.


Не дописаны жизни,

Не придуманы встречи,

И огонь новой мысли

Согревает мой вечер.


Не остыли объятья,

Где слышны разговоры,

Где любовь необъятна,

Не нужны больше споры.


Не закончены строки,

Как безудержный ветер,

Нежность тянет к нам руки,

Чтобы сблизить при встрече.


***

В чудесах возрождаюсь, рождаю любовь,

Словно в вере купаюсь, где нет берегов.

Может, вновь открываюсь бутоном цветка

И в полёте живу самого мотылька.


И как запах развеет ветер меня

Или в небо возьмёт, словно искры огня,

Может, в каплях дождя опущусь я с небес,

Напою родничком весь таинственный лес.


В чудесах возрождаясь, рождаю любовь,

Словно в вере купаюсь, где нет берегов…


***

Сколько тайн в тебе, Земля родная,

Сколько же любви, добра, тепла,

Дни и ночи тихо проскользая,

Не загасят вечного костра,


Что твоим всегда зовётся сердцем,

Будто вечность обновляет кровь,

Я осталась в босоногом детстве

Той девчонкой, верящей в любовь.


Здесь места светлы или дремучи,

Реки то текут, а то спешат,

И по травам мягким, то колючим

Я готова сквозь туман бежать.


Разгадать загадки, слушать ветер,

Утонуть в тех запахах любви,

Ничего прекрасней нет на свете,

Знать тебя и быть с тобой Людьми.


***

Это просто любовь,

Где начало начал,

Где мир сказок и снов,

Словно в детстве – причал.


Где крылаты сердца

И безбрежны мечты,

Не скрывая лица,

Мы пройдём сквозь холсты.


Это просто любовь,

Незапятнанный мир,

Оживает средь слов

Первозданный эфир.


Это просто звезда

Озарила собой

То, что кто-то создал

И озвучил строкой.


Это сердца причал

В мире сказок и снов,

И начало начал

Раскрывает любовь…


***

Что хранит наше детство,

Может, первые тайны,

Там, где сказочны книжки,

Мы их веру впитали


В чудеса и в удачу,

Веру в дружбу и счастье,

Непростая задача

Сохранить за плечами


Те крылатые будни,

Доброту и заботу,

Мы тебя не забудем,

Наше детство, сегодня


Возвращаемся редко

Мы к тебе в сновиденьях,

И порой в наших детях

Видим мы отраженье


Нас самих там, где детство,

Там, где первые тайны,

С замиранием сердца

Эти чувства впитали…


***

Сны блуждают в твоих нежных косах,

Травы шепчут забытый мотив,

Наступает пора сенокоса,

Но на волю просится стих.


И в глазах озёрная нежность,

Отражаясь, скользят облака,

Ты – Россия, сегодня безбрежна

И легка, как полёт мотылька.


Ты желанна, как девичья прелесть,

Ты строптива, в тебе кипит жизнь,

Ты целебна для меня, как вереск,

Для моей израненной души.


Заблужусь я в зелёных дубравах,

Не успев даже сны досмотреть,

Сладким мёдом твои пахнут травы,

Мне б в восходах твоих догореть!


***

Словно тайна веков ты влечёшь, Мещера,

Соловьи твои песни поют до утра,

На озёрах твоих созревает чилим,

С журавлями осень тревожно кричит.


То болота, то лес – комариный мой край,

И заката огонь наполняет наш рай,

Утопает в зелёных кудрях берёз

Край глубоких снегов и причудливых сосн.


Там, где детство Руси и её колыбель,

Где весною звучит, словно песня, капель,

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Чудодей
Чудодей

В романе в хронологической последовательности изложена непростая история жизни, история становления характера и идейно-политического мировоззрения главного героя Станислауса Бюднера, образ которого имеет выразительное автобиографическое звучание.В первом томе, события которого разворачиваются в период с 1909 по 1943 г., автор знакомит читателя с главным героем, сыном безземельного крестьянина Станислаусом Бюднером, которого земляки за его удивительный дар наблюдательности называли чудодеем. Биография Станислауса типична для обычного немца тех лет. В поисках смысла жизни он сменяет много профессий, принимает участие в войне, но социальные и политические лозунги фашистской Германии приводят его к разочарованию в ценностях, которые ему пытается навязать государство. В 1943 г. он дезертирует из фашистской армии и скрывается в одном из греческих монастырей.Во втором томе романа жизни героя прослеживается с 1946 по 1949 г., когда Станислаус старается найти свое место в мире тех социальных, экономических и политических изменений, которые переживала Германия в первые послевоенные годы. Постепенно герой склоняется к ценностям социалистической идеологии, сближается с рабочим классом, параллельно подвергает испытанию свои силы в литературе.В третьем томе, события которого охватывают первую половину 50-х годов, Станислаус обрисован как зрелый писатель, обогащенный непростым опытом жизни и признанный у себя на родине.Приведенный здесь перевод первого тома публиковался по частям в сборниках Е. Вильмонт из серии «Былое и дуры».

Эрвин Штриттматтер , Екатерина Николаевна Вильмонт

Проза / Классическая проза